Почему минули эти времена

После примерно получасовой поездки мы увидели стадо бизонов в четыре или пять тысяч голов, пасущихся в долине протяженностью в несколько миль, которая прерывалась небольшими холмами с плоскими вершинами, поросшими приземистыми, кривыми от постоянно дующих ветров соснами. Нас было слишком много, чтобы приблизиться к животным одной группой, и после небольшого совещания треть нашего отряда отправилась на восток, другая треть на запад, а мы остались на месте, чтобы погнать стадо, когда ушедшие займут места на его флангах в нескольких милях дальше.

Мы спешились позади низкой возвышенности, которая скрывала нас от внимательных глаз быков, охранявших стадо, и пока мы ждали, шаманы возносили молитвы о нашем успехе в предстоящем деле и умоляли богов – Солнце и Старика – защитить нас от всех опасностей.

Мы ждали там почти час, а затем несколько молодых людей, которые наблюдали с верха возвышенности, дали нам знак садиться на коней, потому что остальные были уже наготове.

В следующий момент мы взлетели на возвышенность, нахлестывая лошадей изо всех сил. Впрочем, в этом они не нуждались; обученные лошади были безумно рады, что им дали свободу действий, и, прижав уши к голове, помчались за бегущими животными с такой скоростью, что даже используемая индейцами кожаная плеть не смогла бы погнать их еще быстрее.

Но управлять ими было можно. Скакун мог повернуть вправо или влево, повинуясь нажиму колена всадника, и, если тот выберет жирную корову, он приложит все усилия, чтобы бежать рядом с ней, чтобы всадник мог выстрелить.

Но долго гнаться за напуганным бизоном никакая лошадь не могла, хотя милю или немного больше могла скакать наравне с ним или даже его обогнать. Они казались неутомимыми и пробежать десять миль на большой скорости для них было обычным делом.

В начале погони мы находились более чем в трехстах ярдах от ближайшего к нам бизона – те заполнили всю равнину, разбившись на группы разной численности или поодиночке.

  Некоторые из них паслись, другие лежали, забавные рыжие телята играли; одинокие старые быки стояли, опустив головы, и били копытами, поднимая облака белой пыли от щелочной почвы, которые поднимались в воздух, словно дым из дымоходов.

Когда их встревожил издаваемый нами шум, они не стали, как олени, бежать каждый своим путем, а собрались в компактное стадо и поскакали на юг с оглушительным топотом и скрежетом копыт.