По следам испанского скакуна

Из нашего дома появилась Цисцаки, она побежала мне навстречу через весь двор, и Эбботт тоже вышел в сопровождении нескольких наших мужчин и женщин.

– О сын мой! – кричала Цисцаки, подняв ко мне перекошенное от страха лицо с широко раскрытыми глазами. – С тобой случилось что-то ужасное!

– Да! – ответил я. Хуже некуда! Враги вчера вечером украли у меня ис-спай-у!

Я с трудом удерживался от крика.

С тяжелым вдохом моя почти-мать всплеснула руками руки и заплакала.

– Томас Фокс, – нахмурившись, произнес Эбботт.

 – Это, конечно, твоя работа! Я тоже виноват, потому что должен был вчера пойти за тобой, чтобы привести скакуна в безопасное место. Но я не мог уйти; вчера вечером и сегодня утром у нас была большая торговля. Не хотел бы я быть на твоем месте, когда ты встретишься с дядей!

– Я не собираюсь появляться перед ним, пока не приведу с собой ис-спай-у, – сказал я ему. – Большой военный отряд отправляется в погоню за врагом, и я присоединюсь к нему. Я верну лошадь!

Я последовал за своей почти-матерью в нашу комнату, и, пока она готовила ужин, я сел на дядин стул, обтянутый бизоньей шкурой, перед камином.

Глава II,

в которой начинается священный пост

Скоро вошел Эбботт, он встал перед камином и не произнес ни слова. Потом, когда Цисцаки поставила на стол тарелки, появился Питамакан, который со счастливым видом напевал песню войны. Мы придвинулись к столу.

– Как быстро действует главный вождь Большое Озеро! – воскликнул Питамакан.

 – Едва я успел пересказать ему сообщение отца, как он уже принял решение. Последние слова еще не покинули моего рта, как он уже послал лагерного глашатая объявить всем людям, чтобы рано утром все были готовы к переезду; потом он обернулся к Бизону, Который Поворачивается, и велел ему собирать военный отряд, чтобы отомстить врагу за нанесенный нам вред.

– Я рад, что Бизон, Который Поворачивается, будет нашим предводителем, – сказал я. – Я предпочел бы следовать за ним, чем за любым другим воином пикуни.

Я заметил, что Питамакан бросил на мать странный взгляд, на который она ответила печальным кивком.

– Что такое? – импульсивно крикнул я. – Говорите. Что такое вы от меня скрываете?

– Сын мой, мы ничего от тебя не скрываем, – ответила она, – ты и сам должен знать, что ни Бизон, Который Поворачивается, ни какой-либо другой вождь не возьмет тебя в военный поход.

– Я не понимаю.