Золотой тайник

На мгновение или два все затихло, а потом неуклюжими скачками два больших оленя появились на краю плато; на мгновение они замерли, их уши дрожали, передние ноги беспокойно переступали; они оглянулись и затем бросились вниз по южному склону хребта.

Теперь снова послышался треск веток и стук камней, как будто там медленно шло несколько крупных животных. Затем звук шагов стих и чуть позже на хребте появился индеец – он медленно шел вдоль хребта и взглядом тщательно изучал долину реки Джудит. Он был очень высок, хорошо сложен, и был одет в изящную одежду из оленьей кожи и плащ из шкуры бизона; две его длинные косы на шесть дюймов не доходили до земли.

Я редко видел столь приятные лица, как у него – оно выражало силу и достоинство и одновременно, как я был убежден, доброжелательность и щедрость души. Этот человек был в тридцати футах от меня; как только он повернулся и посмотрел на мои следы, я схватил свое заряженное ружье; мне показалось, что его острый взгляд непременно заметит меня под моим укрытием из веток. Если бы он поднял свой лук, чтобы выстрелить, мне не оставалось бы ничего другого, как выстрелить в него, но я знал, что внизу находится целый отряд его товарищей, ждущих результатов его исследования. Но он меня не увидел. Еще раз окинув взглядом долину, он стал спускаться по склону и снова показался в поле моего зрения, уже верхом на чалой лошади, направляющийся на юг в сопровождении тридцати двух человек – все они были на хороших лошадях. Они остановились на вершине хребта, приблизительно в ста пятидесяти ярдах от меня и стали что-то обсуждать. Я слышал несколько слов из их разговора и решил, что это шайенны. Они были так же красивы внешне и так же хорошо одеты, как и любые индейцы прерий, но вооружены были хуже – не более половины из них имели ружья. Я сильно испугался; каким бы хорошим не был их предводитель, я знал, что, если бы нас обнаружили, на милосердие нам рассчитывать не пришлось бы. Когда он сперва вышел на гребень, только восточный ветер не дал ему услышать звуки, которые издавали пасущиеся лошади. Если бы теперь ветер донес до их лошадей запах наших, они стали бы обмениваться приветственным ржанием, и нас бы сразу обнаружили. Каждую секунду я ждал, что какая-то из наших лошадей вдруг заржет. Я замер; холодный пот тек по моей спине.

Отряд совещался в течение времени, показавшимся мне бесконечным. Наконец один из воинов спешился, и остальные начали спускаться с хребта, ведя лошадей в поводу.