Грязное золото

Все согласились на том, что нападавших было двадцать восемь человек. Мы поторопились в лес и нашли там пятнадцать убитых. Я перестал хвастаться, когда оказалось, что в груди вражеского вождя было три пулевых раны.

Потом, когда мы завтракали, я сказал Картеру, что нашел себя в этом ночном столкновении. Я не трус. Сражение с военным отрядом было мне по душе – это было лучшим для меня приключением. Я бы не отказался повторить его. На это Картер сказал:

– Только потому, что мы все обошлись без единой царапины, не повод считать сражение чем-то забавным, молодой человек.

Это плохое дело. Я слишком много их пережил. Я думаю, что нам не стоит идти дальше. Мы не должны вместе заниматься трапперством.

– Бросить трапперство? Ты с ума сошел! Чем же еще нам заниматься?

– Занятий много. У нас есть восемь тысяч долларов в золотом песке; еще пара тысяч в форте Бентон. Американская Мехоторговая компания выходит их дела. Мы можем поставить свой пост выше их форта и стать торговцами.

– Нет. Я не хочу прозябать на торговом посту.

Это не для меня; мне нравится другая жизнь.

– Дело твое. Ладно. Хватить болтать, – ответил он.

Враги наши оказались ассинибойнами: всего их было, как мы решили, около пятидесяти. Оставшиеся в живых получили хороший урок: мы больше не видели никого из них ни той ночью, ни позже. День еще не настал, когда наши женщины начали уговаривать нас собраться и уйти с этого места, пока тени (души) убитых не нанесли нам вреда, вселив в наши тела смертельные болезни. Три Бизона, Икаскина и Ахкайя этого не одобряли.

Мы, белые, хоть и ничего об этом не говорили, все же не испытывали большого желания оставаться рядом с убитыми, некоторые из которых были сильно изувечены, и к тому же лежали рядом с корралем. Так что Солнце вскоре после своего восхода снова увидело нас идущими по тропе на восток, как и накануне.

Тем вечером мы поставили лагерь у Черного Холма, самой северной точки Снежных гор и известном месте – там отдыхали и устраивали наблюдательный пункт все военные отряды, проходившие через эту страну.

Оттуда на следующее утро мы повернули на юг, от подножия Снежных гор, и после полудня достигли своей цели – места, где ручей Плоских Ив впадает в реку Устричных Раковин. Беглый осмотр их русел показал, что там, как мы и надеялись, живет множество бобров. Ха! Мы были так рады, что поторопились сделать большой корраль в роще хлопковых деревьев чуть ниже устья ручья Плоских Ив и поставили вигвамы на ее краю.