Сто дней, которые потрясли галактику

Грегори сжал кулаки, и Женька испугалась, что они подерутся. Вот тебе и конфликт, «ксенопсихолог»…

Неожиданно Грантал рассмеялся и подмигнул Грегори.

– Это тебе за корабль.

Землянин усмехнулся.

– Квиты.

– Многих соблазнили технологии джамрану и удобные навигационные пути, – заметил Рал. – Поэтому космическую станцию расширили и присвоили статус колонии. Каждый внёс свою лепту.

– Командор станции – джамрану, – напомнил Грантал.

– Инопланетянин!? – воскликнула Евгения и покраснела. – Ой, извините…

В гала-справочнике упоминалось, что говорить о ком-то «инопланетянин» по этике конгломерата считалось дурным тоном.

– Ничего, – снисходительно улыбнулся Грантал. – Ты – землянка. Для тебя он инопланетянин. Талех недолюбливает землян, как и все джамрану, но лоялен в общении и справедлив. Тебе он понравится.

– Посмотрим, – ответила Женя.

Она сомневалась, что понравится ему.

На седьмой день на экранах навигатора появилась сиреневая туманность. А через шесть часов её можно было наблюдать в иллюминаторы.

– Какая красота! – восхищалась Женя, любуясь скоплением облачных клубков. Края вспыхивали и рассыпались белыми звёздами. Сиреневый шлейф туманности обвивал их и тянулся за самой яркой.

– Это и есть Дельфа, – пояснил Рал.

– Эх, совершить бы скачок, – вздохнул Грегори. – Миг и там!

– Мечтать не вредно, – невозмутимо ответил капитан и передал Жене её новые документы.

Она заглянула в опознавательную карточку с микрочипом и прочитала: «Ева Казанцева: ксенопсихолог, колония Бета – станция Ролдон-2».

– Я же Евгения! – удивилась Женя.

– А теперь будешь Евой. Так распорядились дмерхи.

– А чем их Евгения не устраивала? – возмутилась она.

– Полное совпадение личности в прошлом и будущем может повлиять на пространственно-временной континуум. Дмерхи считают…

– Если бы не дмерхи, меня бы здесь вообще не было! Меня не колышет, что они считают! Я и так по уши в вашем континууме! Я всё равно не доживу из двадцать первого до двадцать пятого и мне…

– Женя, – укоризненно произнёс Грантал.

– Ладно. Всегда хотела стать новой личностью. А тут такой шанс. Ева так Ева. Спасибо хоть фамилию оставили. Ева Казанцева! А?

– Звучит, – одобрил Рал.

И Евгения Казанцева временно стала Евой Казанцевой – ксенопсихологом с колонии Бета. Почему дмерхов не смущало, что документы поддельные? Наверное, континууму от этого ни холодно, ни жарко. Впрочем, им было наплевать и на Женькины профессиональные нарушения.