Итак, вас публично опозорили. Как незнакомцы из социальных сетей превращаются в палачей

– Вы говорите: «Есть лишь один Джон Ронсон», – сказал он. – Вы воображаете себя, скажем так, истинным и хотите сохранить эту цельность и аутентичность. Да?

Я уставился на него.

– Думаю, это вы досаждаете нам, – продолжил Дэн, – потому что для нас это не особенно убедительно. Мы думаем, что налет неискренности уже есть, и вы стараетесь защитить свою онлайн-личность – свой бренд. Так?

– НЕТ, ПРОСТО ЭТО Я ПИШУ ТВИТЫ! – заорал я.

– Интернет – это не реальный мир, – сказал Дэн.

– Я пишу свои собственные твиты, – сказал я.

 – И я нажимаю на кнопку «Твитнуть». Так что это я – в Твиттере.

Мы уставились друг на друга.

– Это не академично, – сказал я. – Это не постмодерн. И это факт.

– Это необычно, – сказал Дэн. – Мне это кажется очень странным – то, как вы относитесь к ситуации. Вы, видимо, один из немногих людей, которые решили зарегистрироваться в Твиттере и использовать собственное имя в качестве юзернейма. Кто так делает? И поэтому мне кажутся слегка подозрительными ваши мотивы, Джон. Поэтому я говорю, что думаю, что для вас это бренд-менеджмент.

Я ничего не ответил, но меня и по сей день убивает тот факт, что мне и в голову не пришло обратить внимание Люка Роберта Мейсона на его собственный юзернейм – @LukeRobertMason.

Наша беседа шла в подобном ключе еще около часа. Я сказал Дэну, что ни разу в своей жизни не использовал термин «бренд-менеджмент», мне чужд подобный язык. И добавил:

– То же самое с вашим спам-ботом. Его язык отличается от моего.

– Да, – хором согласились все трое.

– Это и бесит меня больше всего, – объяснил я. – Это некорректное отображение меня.

– А вы бы хотели, чтобы он был больше похож на вас? – спросил Дэн.

– Я бы хотел, чтобы его не существовало, – сказал я.

– Это необычно, – сказал Дэн. И присвистнул, словно в неверии. – Мне это кажется очень интересным с точки зрения психологии.

– Почему? – спросил я.

– Я нахожу это заявление весьма агрессивным, – сказал он. – Вы хотите, чтобы мы убили этот алгоритм? Должно быть, вы каким-то образом чувствуете некую угрозу.

 – Он обеспокоенно посмотрел на меня. – В обычной жизни мы не шатаемся по улицам, пытаясь убить все, что кажется нам раздражающим.

– Вы ТРОЛЛЬ! – взревел я.

Когда интервью подошло к концу, я, пошатываясь, вышел навстречу лондонскому дню. Меня приводила в ужас мысль о том, что нужно залить это видео на Ютуб: я в нем слишком много кричал. Я морально подготовился к комментариям, высмеивающим мою визгливость, и загрузил его.