Преступное искусство. Самые громкие истории

Итальянец хотел вернуть работу соотечественника – итальянского художника – на родину. Работая в музее, он узнал, как Наполеон вывозил итальянское искусство во Францию, и в патриотическом порыве захотел восстановить справедливость. Правда, он не знал, что картина попала во Францию на несколько веков раньше Наполеоновских войн и пребывала там на вполне законных основаниях.

Незадачливому преступнику повезло попасть в руки итальянского правосудия. Когда общественность узнала истинную причину кражи, в Италии его сделали чуть ли не национальным героем, в одиночку решившимся бороться за великое наследие своей страны.

Но у этой безусловно красивой версии есть слабое место: когда похититель вышел на связь с арт-дилером, он предложил не передать работу Леонардо, а именно продать ее. Если бы он хотел просто вернуть сокровище Италии, то почему не принес в музей лично? Зачем нужны были анонимные письма и секретные встречи? Ответа нет, но, судя по всему, Винченцо Перуджа просто испугался возможного наказания.

В любом случае итальянский суд принял во внимания мотивацию преступника и приговорил его к тюремному заключению сроком один год, из которого он провел за решеткой всего семь месяцев. С началом Первой мировой войны Перуджа отправился на фронт, прошел войну и стал для своей страны образцом национального героя – мужественного, патриотичного и любящего родину итальянца. При этом он продолжал вести скромную жизнь, работая в своей небольшой мастерской.

А что с картиной? Шедевр после обнаружения отправили в турне по итальянским городам, а 4 января 1914 года триумфально вернули на прежнее место в экспозиции Лувра.

Долгое путешествие закончилось, и зажглась звезда этой картины, ставшей символом искусства.

Кража «Моны Лизы» – событие уникальное. Сотни тысяч картин были украдены, но именно это преступление потрясло мир. Почему?

Кажется, дело было не в масштабе художника или эстетической силе самой работы. Ведь крали и работы Рембрандта, Тициана, Рафаэля, Пикассо и многих других художников, не уступающих Леонардо да Винчи в мастерстве и славе.

Значит, ответ кроется где-то в другой плоскости.

Преступление совпало с возникновением силы, способной из любого события сделать мировой феномен, – речь идет о средствах массовой информации. Тысячами первых полос мир говорил об украденном шедевре. Сначала – о самом факте кражи, затем – о беспомощности полиции, после – о находке и в самом конце – о триумфальном возвращении.