Кристал

Все из-за её слабости и страха перед одиночеством. Даже спустя время, когда раны, казалось бы, уже затянулись, она отказывалась искать работу по причине плохого самочувствия и перекладывала все заботы на Нила. Не думаю, что тогда он был готов принять всё это на себя. Но он был слишком мягким, чтобы отказать кому-либо. Не перечил ей и всегда старался угодить. Нил никогда не забывал, с каким трепетом и любовью она читала нам сказки на ночь и крепко обнимала перед сном. Эти воспоминания грели его, даже когда маму уже не интересовали наши победы и поражения, наши увлечения и мечты, наши проблемы и наши разочарования.

Она отгородилась от нас непробиваемой стеной, когда мы нуждались в ней больше всего. Нил жалел её, укладывал спать, готовил нам еду и закупал продукты. После его ухода все эти проблемы свалились на наши с Джоанной хрупкие плечи.

Мама всё так же продолжала лежать на кровати и смотрела сериалы, год за годом. Сменялись только её личные прислуги. Сначала Джоанна, потом подросла я. Спустя время мама совсем перестала разговаривать с нами, отказывалась выходить на улицу и в итоге кровать стала её постоянным местом обитания.

Мы поддерживали в ней жизнь, принося еду в постель и уговаривая принимать ванну по вечерам. Джоанна почти каждый день закатывала истерики:

– Когда она уже перестанет разыгрывать драму и вспомнит о своих обязанностях! Иначе, клянусь, я уйду!

После своих эмоциональных высказываний она обычно уезжала к Патрику на пару часов, чтобы прийти в себя. Я же оставалась с мамой наедине и вглядывалась в её спящее лицо.

Я всё еще искала ответ на свой главный вопрос: «Мама, почему?». И потому могла часами сидеть у её кровати и размышлять. В голову маленькой Кристал приходили тысячи ответов, из которых большая часть были абсолютной чушью. Знаю ли я ответ на этот вопрос сейчас? Разумеется, нет.

Я ведь уже упоминала о том, что была не последним ребенком в семье? После меня родилась малышка Робин, ей был всего год, когда умер папа. Сейчас ей девятнадцать, мне двадцать три, и мы живём вместе на нашей первой съёмной квартире.

Нашей семье когда-то принадлежал небольшой дом, в котором мы жили до определенного момента времени. Дом достался моему отцу от прабабушки. В завещании было указано, что после его смерти дом будет принадлежать маме. О нас упоминания не было, но лишь потому, что папа никогда серьёзно не относился к бумажной волоките. Это завещание было написано ещё до нашего рождения под строгим контролем мамы.