Ваш муж мертв

Этим утром море было необыкновенным, восхитительно лазурным. Вчера – зеленым. А позавчера – черным. Плавать для меня было слишком опасно, даже если бы у меня был гидрокостюм, как у некоторых местных жителей.

– Значит, вы не скучаете по жизни в большом городе?

Они как будто нарочно отвлекают меня от цели своего визита.

– Так что с Дэвидом? – отчаянно спрашиваю я. – Где он был до того, как пропал?

Женщина быстро поворачивается ко мне.

– Мы надеялись услышать это от вас.

– Но откуда мне знать?

– Послушайте, Вики.

 – На этот раз говорит детектив. Его голос льется, как скользкий шелк, распространяя вокруг волны подозрения. – Миссис Гаудман сообщила нам, что видела вас возле их дома в Кингстоне накануне Рождества. – Он достает записную книжку: – «Она стояла у ворот и смотрела на наш дом» – вот дословно, что она нам сказала.

– У меня была встреча с моим консультантом, – с жаром говорю я.

Детектив прищуривает глаза.

– В Лондоне? Как-то далековато.

Я пожимаю плечами.

– В общем-то в пригороде.

Это было неподалеку от моего бывшего дома, вот я и решила пройтись мимо. Просто ностальгия. Понимаете? С каждым может случиться.

Я замечаю, как по лицу женщины-сержанта скользит тень сочувствия.

– Они выкопали мои розы и вместо них сделали отвратительный рокарий[2 - Рокарий – небольшой по размеру каменистый сад, в котором камни составляют главный элемент композиции, а растения лишь дополняют ее.], – добавляю я. Мне никогда не нравились рокарии. Слишком уж напоминают кладбище.

– Вы можете это доказать?

– Насчет роз?

– Насчет вашего визита к «консультанту». – Голос детектива звучит раздраженно, будто он думает, что я насмехаюсь над ним, рассказывая про розы. Но это не так. У меня и в самом деле до сих пор сердце кровью обливается при мысли о розах. Это был сорт «Пис». Невероятно красивые кремовые бутоны с потрясающим ароматом.

Я беру свою адресную книгу и выписываю оттуда имя и телефон.

– Вот. Позвоните по этому номеру.

– Непременно.

– А там гостиная, – говорю я, опасаясь, что полицейские возьмутся за слишком тщательный осмотр другой комнаты.

Мы проходим в маленькую гостиную с диваном, накрытым бирюзовой накидкой (такой же, как и на моем кресле в кабинете).

– У вас нет телевизора? – замечает женщина, окидывая взглядом комнату.

– Нет.

Она поднимает бровь, а потом протягивает мне свою визитку. Я бы с удовольствием отказалась от нее – так же, как она отказалась от моей.