Ваш муж мертв

Я чувствую непреодолимое желание что-нибудь сделать. Это означает – разобраться с женщиной, укравшей моего мужа.

Я закрываю хлопающие от ветра окна. Выключаю музыку. Складываю свои лекарства – хотя, возможно, и не буду их принимать – в небольшую дорожную сумку, вместе со сменной одеждой, приготовленной на тот случай, если у меня случится приступ с недержанием. Надеваю свою красную куртку.

Подхожу к двери. Открываю ее. И подпрыгиваю от неожиданности.

– Что вы здесь делаете? – спрашиваю я.

Детектив-инспектор Вайн бросает взгляд на мою сумку – будто бы мимоходом, но на самом деле явно оценивая обстановку.

– Собираетесь куда-то ехать?

– В гости к подруге, – с напускной уверенностью отвечаю я.

– Я должен сначала кое-что вам показать.

Он помахивает папкой, которую держит в руке. Женщина-сержант – та же самая, что и раньше, – стоит рядом с ним.

– Мы можем войти?

На самом деле это вовсе не вопрос. Я могла бы отказаться впустить их – инспектор ни слова не сказал об ордере на обыск, – но если бы я так сделала, это вызвало бы подозрения в моей виновности.

Они практически ведут меня в мою собственную кухню. Инспектор открывает свою коричневую папку и достает фотографию.

Я уставляюсь на нее. Изображение то вырисовывается, то расплывается перед моими глазами. В конце концов мне удается произнести:

– Откуда это у вас?

– От одного человека, работающего на вашего мужа. До недавнего времени она не думала, что это может быть важно.

– Важно? – повторяю я, отчасти из-за шока, отчасти для того, чтобы выиграть время.

– Дело в том, Вики, – вклинивается сержант Браун, – что эта фотография была сделана как раз незадолго до исчезновения вашего бывшего мужа. Вы сказали нам, что не виделись с ним с 2013 года. То есть уже пять лет. Но вот вы здесь вдвоем. Что вы можете сказать по этому поводу?

Глава 8

Скарлет

Тот телефонный звонок раздался на четвертый день пребывания Скарлет у Уолтерсов. Они завтракали, и рыжий мальчишка требовал отдать ему последний оставшийся тост.

– Слушай, – прошипела Дон, девочка со вздернутым носиком. – Она говорит о тебе.

Правда?

Миссис У. стояла в коридоре, неподалеку от кухонной двери. Она все время громко повторяла одно и то же:

– Ладно, я оставлю ее, в качестве исключения.

Потом она вернулась на кухню и сказала, что Скарлет может остаться у них, если будет хорошей девочкой.

Дома «быть хорошей девочкой» означало выносить мусор и делать уроки.