Я сделала ошибку

Глава 3

Поппи

Мэтью Гордон здесь? Не могу в это поверить, однако вот он – стоит прямо передо мной.

Что мне сказать? От шока у меня пересохло во рту, и язык, как губка, впитывает все слова, которые иначе могли бы вырваться наружу. Я почти чувствую повисший в воздухе запах всеобщего любопытства. Люди смотрят на нас. Как я только что упоминала – не потому, что узнаю?т его. Те, кто помоложе, вероятно, вообще никогда о нем не слышали. Тот телевизионный сериал, принесший ему короткий период славы, вышел много лет назад, когда мне было между двадцатью и тридцатью.

С тех пор, насколько мне известно, Мэтью не появлялся ни в одном крупном проекте. Актерское ремесло может быть и таким. В одно мгновение тебя любят, а в следующее уже поворачиваются к тебе спиной.

Нет. Люди таращатся, потому что у Мэтью манеры голливудской звезды первой величины. Эта уверенная, непринужденная поза и пронзительный взгляд. Когда он обращен к тебе, чувствуешь себя самой важной персоной в мире. И мне это известно слишком хорошо.

Мэтью в центре внимания еще и как новое лицо в зале, где все знакомы друг с другом – обычное дело в нашей отрасли. И если я не буду осторожна, люди захотят выяснить, зачем этот видный мужчина сразу подошел ко мне. А что еще важнее, почему я стою здесь, как полная дура, не в состоянии вымолвить ни слова. И действительно, с чего это я? Это Мэтью полагается нервничать из-за новой встречи со мной.

– Привет, – произношу я, наконец вновь обретая способность говорить.

 – Не ожидала увидеть тебя здесь!

– Вообще-то… – начинает он, но не успевает закончить, как к нам подлетает Дженнифер в сопровождении Дорис Дэйс.

– Вы мне так понравились в «Рае для Питера»! – выпаливает она. – Я даже вырезала из «Радио таймс» ваш портрет и повесила у себя в спальне! Я рыдала белугой, когда моя мать сорвала его и разодрала! После этого я высматривала вас повсюду!

– И я тоже! – говорит Дорис с придыханием. – Мечтала, чтобы вы были моим мальчиком-зайчиком! От вас все кассирши с ума сходили! Где же вы теперь? В Голливуде?

Мэтью смеется.

Обычно он озвучивал несколько версий, но я помню одну. Этот смех призван скрыть смущение. Оно всегда являлось частью его обаяния. Когда я впервые увидела Мэтью, то подумала, что он слишком красив и уверен в себе, чтобы разговаривать со мной. Но когда мы узнали друг друга получше, я поняла, как он трогательно уязвим внутри. По крайней мере, тогда это казалось трогательным.