Я сделала ошибку

Затем ее голос снова стал строгим: – Ох уж эти современные девчонки! Вы думаете, что все сами знаете, да? Так вот – ничего вы не знаете! Может, такое неприятно слышать, но ты сделала свой выбор, и тебе теперь с этим жить! И не смей навлекать позор на нашу семью своим разводом!

В общем, я продолжила стойко выносить тяготы брака. Я стала другой версией себя – лишь бы новый Джок был счастлив. Носила дешевую мешковатую одежду с рынка. Подкладывала ему лучшие куски мяса, убеждая себя, что сама не голодна. Делала вид, будто мне безразлично, когда другие девушки с работы игнорировали меня, потому что я не курила во время перерывов и не ругалась, как матрос.

А когда Джок занимался со мной любовью, я представляла вместо него кого-то другого. Актера из сериала, который мы смотрели по телевизору. Кого угодно. Только так я могла это вытерпеть.

Так продолжалось два года. А затем Джок получил повышение на фабрике. Его зарплата увеличилась вдвое.

– Вот видишь? – сказал он. – Я же говорил, что все будет хорошо.

Босс считает, что я далеко пойду. – Джок приосанился. – Уверен, у меня есть все качества, чтобы забраться на самый верх.

– Это чудесно! – откликнулась я. Я усвоила, что лучший способ сделать Джока счастливым, помимо предоставления регулярной еды и секса, это похвалить его.

– Скоро мы сможем позволить себе завести ребенка.

– Правда? – Мое сердце гулко забилось. Конечно, я хотела ребенка. Но это также означало бы, что мне придется остаться замужем. Пути к отступлению не будет.

Хотя я и твердила себе, что мама права относительно невозможности развода. Я успокаивала себя тем, что однажды все равно смогу на это пойти, если ситуация станет невыносимой. Но если появится ребенок, то уже нет. Видишь ли, в те дни быть матерью-одиночкой порицалось.

В ночь после повышения зарплаты Джок отказался надеть то, что он называл «французской буквой». Я обычно пользовалась и «голландской шапкой»[2 - Просторечные эвфемизмы для презерватива и диафрагмы соответственно.] тоже, просто на всякий случай, но Джок вынул ее из коробки и выбросил.

– Вот так, – сказал он, лучезарно улыбаясь. – Нам это больше не нужно.

Я попыталась успокоиться. Никто не сможет забеременеть в первый раз без контрацепции. Я узнала об этом из болтовни девушек на конвейере. Некоторым из них не удавалось месяцами.

Но четыре недели спустя мои месячные не пришли.

На всякий случай я ничего не говорила еще четыре недели. А затем меня начало тошнить каждое утро.