Экстремал

Пока я одевался, каждое движение давалось с трудом, все мышцы немилосердно болели. До кабинета начальника кое-как дошёл, но чувства были такие, будто прошагал целый день.

– Здравствуйте, – поприветствовал я секретаршу в приёмной. Кажется, её звали Белл.

– Добрый день, Тим, – вежливо отозвалась Белл и произнесла, глядя в пространство: – Шеф, пришёл Тим Григ… Да?.. Хорошо.

Потом Белл повернулась ко мне:

– Шеф скоро вас примет. Подождите пока.

Глава 7

Шеф

Шеф скоро меня примет.

Это хорошо или плохо? Наверно, всё-таки хорошо. Я ничего не ответил, только кивнул и продолжил стоять, а от нечего делать принялся осматривать приёмную. Смотреть, собственно, было не на что. Практически пустое помещение с рабочим местом референта. Никаких кресел для посетителей не предусматривалось.

Наконец Белл произнесла:

– Проходите, Тим.

Я не стал тянуть и вошёл в кабинет начальника. Шеф сидел за столом, положив руки перед собой. Он внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь вспомнить, кто я такой, откуда взялся и зачем пришёл в его владения.

– Ну здравствуйте, Тим. Превосходно выглядите. Как себя чувствуете?

– Спасибо, уже хорошо.

– Отлично. А как вам наше учреждение?

Я ответил, что нравится. Это было чистой правдой, в этом здании всё действительно выглядело как-то по-особенному. Окна выходили на улицу, и там, далеко внизу, можно было разглядеть прохожих, проезжающие машины, рекламные щиты и фонарные столбы, и мне казалось, что это красиво. А ещё в тёмное время суток там летали какие-то светящиеся шарики одного размера, похожие на небольшие шаровые молнии.

Сначала я пугался этих плазмоидов, но потом привык. Кто-то разъяснил, что это так называемые «колдовские фонарики». Они вполне безобидны, и не стоит опасаться их.

Я продолжал учиться жизни здесь. Правда, доктор Золгрег пообещала, что я всё сразу буду знать и ничему удивляться не стану, но, видимо, то были лишь метафора, преувеличение, к чему медики обычно не очень склонны.

Майк Скиннер подошёл к окну и жестом указал на один из стульев.

Я сел. Теперь можно было разглядеть шефа получше. Он оказался немного выше среднего роста, на вид около сорока лет. Худощавый, с резкими чертами лица. На нём превосходно сидел серый костюм с белой рубашкой, а галстук был завязан приспущенным узлом. Тёмные волосы коротко подстрижены.

Некоторое время Скиннер молча смотрел на город, потом вернулся к столу и остановился передо мной.

– Сидите, сидите.