Три стадии мороженого. Невероятные истории из практики психолога

Меня уже занесли в Красную книгу как исчезающий вид. Тех, кто несет в себе тонкую нежность и силу. Тех, в ком сочетается это в равной природной естественности.

Снег и цветы – завораживающее сочетание. В этом все. И надежда, и жажда жизни.

Поэты воспевают меня в стихах. «Подснежников нахохленный букетик, поставленный не в вазу, а в бокал…»

В Якутии меня называют «Прострел». Цветочные ростки, закутанные в густой серебристый мех, как выстрел сквозь толщу вечной мерзлоты. Я пробиваюсь и превращаюсь в яркий букет на стройных шелковых ножках.

В Прикарпатье меня зовут «Могурянин», то есть могучий, сильный, стойкий и нежный.

– Да ладно! У тебя есть такое название? Могу… чего? Покажи!

– Могу-рянин!

– Тогда ты легко можешь завершить начатую цепочку. Из детского «хочу», родительского «должен», к взрослому…

– К взрослому «могу»! Я могу! Мне по плечу многое. То, что недоступно другим, даже более мощным.

Когда огромные деревья только готовят силы, чтобы проснуться от зимний спячки, мои цветы уже радуют глаз своими молочными бархатными листочками.

Я могу быть сильным и нежным одновременно.

Я могу выдержать даже минусовые температуры.

У меня все для этого есть.

Я символ стойкости, выносливости, силы и мужества. Я могу пробить толщи ледяной земли. Я эмблема надежды, красоты, нежности, первой любви и вечной молодости. Могу растопить снег и человеческие сердца.

Это же все про меня! Я даже не догадывалась, что столько всего могу.

– Вот-вот! Это нам у тебя впору совета просить.

Как тебе удается совмещать силу и нежность. Скоро и правда такое сочетание только и встретишь, что в Красной книге.

Так я расширила свои познания в ботанике и узнала разницу между формальным и искренним объятием – теплым, полным благодарности.

А тема ответственности за мокрые штаны получила свое неожиданное продолжение.

Хрустальный звон

В каждой группе есть такая условная «Соня», которая просто присутствует. Не озвучивает запрос. Не участвует в процессе.

Просто молчит. Лишь изредка закатывает выразительно глаза к потолку, сидя на согнутой ноге, вполоборота к группе, всем видом показывая, что ей все страшно не нравится и не интересно. И терпит она изо всех сил.

Терпит, но не уходит. Когда никто не держит и сильно не настаивает. Странно ведь?

– Я фужер

– Не иначе, как Фаберже?

– Богемский хрусталь на тонкой изящной ножке.

– Ценник какой, простите?

– Цена настолько высока, что мало кому по карману.