«Гибридная» война: Моделирование информационных полей

Пройдя большой путь развития, в XXI веке мы уже можем говорить о глобальном воздействии информации, о реальности «ноосферы». От печатных изданий, радио и телевидения, киноиндустрии до блогов, социальных сетей массовая информация охватывает абсолютное большинство населения планеты: практически все возрастные группы (детей, взрослых, стариков), мужчин и женщин, а также недавно появившийся средний пол, разные идеологии (либералов, консерваторов, националистов, экстремистов, рокеров и хиппи).

К каждому применяется свой уникальный, индивидуальный подход.

«Гибридная» война сегодня развернута прежде всего в информационной среде, реализуется на уровне моделирования информационного пространства и, более того, охватывает искусственно созданную систему множества информационных полей.

Только анализируя и систематизируя данные процессы, мы можем надеяться на то, что мир, который мы увидим, хоть в какой-то степени будет соответствовать реальности.

Мы должны отказаться от навязываемых нам стереотипов разноцветных зеркал и оптических искажений. Это позволит нам увидеть перспективу и встать на путь выживания.

1. «Гибридная» война: история и содержание

1.1. Эволюция и периоды становления феномена «гибридной» войны

В экспертной среде происходит постоянная, достаточно жесткая полемика относительно содержания и понятия «гибридной» войны. Значительная часть специалистов по данной проблематике говорит о несостоятельности самого права и целесообразности употребления подобного термина.

Так, на тематической научной конференции «Гибридные войны в хаотизирующемся мире ХХI века», которая состоялась 27 февраля 2015 г. в Москве, фактически говорилось о том, что «“гибридные” войны – это фантомное понятие, ничего не поясняющее». Эксперты настаивали на том, что «гибридным» и иным войнам сегодня не хватает «нормативного содержания» [Гибридные войны…].

В научном сообществе также существует понимание того, что «гибридная» война – специальный пропагандистский конструкт, который имеет мало общего собственно с войной, зато полностью нагружен тем смыслом, что Россия ведет против Запада настоящую войну, хотя по формальным признакам международного права это, к неудовольствию зарубежных стратегов, нельзя назвать войной» [Белозеров, Соловьев, с. 9].