Открой свою судьбу с монахом, который продал свой «феррари»

Я глубоко признателен вам за то, что вы, читая и размышляя над тем, что я написал, дарите мне столько драгоценного времени. Я горжусь вашей решимостью сделать этот огромный шаг к раскрытию вашего предназначения. Чтение этой и других книг серии «Монах, который продал свой “феррари”» делает вас одним из членов нашего международного братства. Мы собираемся на сайте robinsharma.com, где вы можете присоединиться к нашим удивительным беседам и найти те инструменты и поддержку, который понадобятся вам, чтобы пройти дорогой вашей истинной судьбы.

Все мы связаны незримыми нитями. Исцеляясь, вы помогаете исцелить мир. Позволяя своему внутреннему свету засиять, вы без лишних слов приглашаете других сделать то же. Та внутренняя работа, которую вы проделываете, отстаивая свое право жить полной, истинной жизнью, служит примером другим. А это, как любить говаривать один из моих учеников, «отличная штука». Да будет ваша жизнь благословенна.

С любовью,

Робин Шарма

Глава 1. Духовный кризис

Жизнь не прислушивается к вашей логике.

Она безмятежно следует своим путем. Вы должны прислушиваться к жизни, жизнь не будет прислушиваться к вашей логике. Жизни нет дела до вашей логики.

    Ошо

Холодный металл у виска. Как же до этого дошло? Я сидел в обшарпанном номере мотеля, дуло прижато к виску, палец застыл на курке. По лбу градом струился пот, сердце бешено колотилось, дрожь в руках невозможно было унять. Никто не знал, где я. Похоже, никого больше это и не интересовало.

Жить дольше незачем. Оставалось приготовиться к смерти.

Я представил первые строки своего некролога: «Сорокачетырехлетний Дар Сандерсен, управляющий международной сети отелей и отец троих детей, ныне в разводе, покончил с собой…».

Но в тот самый миг, когда я закрыл глаза и зашептал слова последней молитвы, со мной вдруг случилось что-то… произошло чудо. Закружилась голова, я потерял сознание, ружье выскользнуло из рук. Когда я очнулся на полу, без движения, ослепительный белый свет начал заполнять каждую клеточку моего тела.

Предвижу недоверчивую усмешку, которую вызовет мой рассказ, но дело в том, что я всегда был человеком не просто разумным – приземленным. Никогда прежде со мной не происходило ничего подобного. Я и сам раньше лишь иронически хмыкал, слушая подобные истории, считал их безответственной болтовней. Но того, что случилось в номере мотеля двенадцать месяцев назад, нельзя ни отбросить, ни отрицать.