Жил-был народ… Пособие по выживанию в геноциде

Но никто не поднимется, если с погрома можно не вернуться домой живым и невредимым.

Цыгане подходили. Однако их было сравнительно немного и на роль серьёзного врага они не годились. Поверить же в еврейский заговор было легко. Тем легче, что в случае необходимости его можно было трансформировать хоть в еврейско-большевистский, когда врагом стал Советский Союз, хоть в заговор мировой плутократии, в лице которой выступали США и Великобритания. Причём нацисты гитлеровской Германии в своём стремлении окончательно решить еврейский вопрос были отнюдь не одиноки.

Нацизм опирался на массовую поддержку населения в Австрии. Имел значительное число сторонников в Румынии, Венгрии и Словакии. Поклонников и подражателей в Польше, прибалтийских странах и на Украине. Более чем достаточной для проведения успешной «охоты на евреев» была её поддержка во Франции и Хорватии. Незначительной в общеевропейских масштабах, но важной – помощь, которую немцы получили в Норвегии, Нидерландах и Бельгии, в первую очередь во Фландрии.

Единственной страной Северной Европы, где пассивное сопротивление геноциду местных евреев стало общенациональным движением, оказалась Дания.

Что касается игнорировавших призывы к деиудаизации Финляндии, Испании Франко, Португалии и Италии Муссолини, нейтральной на протяжении всей войны Швейцарии, а также Болгарии и Турции, правительства которых ограничились заключением еврейских граждан этих стран в трудовые лагеря, – их позицию можно было до поры до времени не брать в расчёт.

Её в Берлине в расчёт и не брали. Раздражающий фактор – не более того. Не ссориться же с полезными союзниками и не менее полезными нейтралами из-за каких-то недобитых до срока евреев.

Холокост имеет свою динамику развития. Его первый этап занял период с января 1933 по август 1939 года. 30 января 1933 года Гитлер стал рейхсканцлером. Последующие пять лет – период усиления антисемитской политики, принятия антиеврейских законов, вытеснения евреев из всех сфер общественной, социальной и экономической жизни, отъема еврейской собственности и поощрения эмиграции.

Кто бы мог тогда представить, что ждёт евреев впереди.

Некоторое замедление преследований евреев можно отметить в периоды обострения внутренней борьбы в нацистской партии и проведения Олимпийских игр в Берлине. В первом случае было не до них. Во втором возобладало логичное стремление к имитации демократичности Третьего рейха.