Гордость и предубеждение

Однако она сказала лишь: – И к тому же с тем, кто, вероятно, был товарищем его детских игр, связанным с ним, как, если не ошибаюсь, вы сказали, теснейшими узами.

– Мы родились в одном приходе, в пределах одного поместья и большую часть детства провели вместе. Обитатели одного дома, разделявшие общие забавы, предметы одной отеческой заботы. Мой отец начал жизнь на том же поприще, на котором ваш дядя Филипс подвизается с такой честью, но он всем пожертвовал, лишь бы быть полезным покойному мистеру Дарси, и посвятил все свое время процветанию Пемберли.

И мистер Дарси питал к нему высочайшее уважение, видел в нем самого близкого доверенного друга. Мистер Дарси часто признавал, сколь многим он обязан неусыпным трудам моего отца; и когда перед его кончиной мистер Дарси по собственной воле обещал ему обеспечить меня, я убежден, что им двигала не столь привязанность ко мне, сколь долг благодарности.

– Как странно! – вскричала Элизабет. – Как гнусно! Не понимаю, как гордость нынешнего мистера Дарси не заставила его быть справедливым к вам.

Если не по каким-либо другим причинам, так из гордости он не должен был бы опускаться до бесчестности. Ведь иначе, как бесчестностью, я подобное назвать не могу.

– Это поистине поразительно, – ответил Уикхем, – ибо почти все его поступки проистекают из гордости; и гордость часто оказывалась его лучшим другом. Она сближала его с добродетелями больше иных его чувств. Но мы все непоследовательны, и его поступки со мной подсказывались побуждениями более сильными, чем даже гордость.

– Может ли такая чудовищная гордыня служить его пользе?

– Да, она часто заставляла его быть щедрым и великодушным. Щедро тратить деньги, щеголять гостеприимством, помогать арендаторам и смягчать нужду бедняков. Фамильная гордость и сыновняя гордость – ведь он очень гордится отцом – понуждают его к этому. Не опозорить свой род, не показать отсутствие похвальных качеств, сохранить во всей силе влияние дома Пемберли – это могучая побудительная причина. Он наделен и братской гордостью, которая вкупе с некоторой братской привязанностью сделала его очень добрым и заботливым опекуном младшей сестры.

И вы услышите общую хвалу ему как лучшему и безупречнейшему из братьев.

– А мисс Дарси, какая она?

Он покачал головой:

– Хотелось бы мне назвать ее доброй. Мне больно говорить дурно о тех, кто носит фамилию Дарси. Но она слишком похожа на брата – очень, очень горда. Девочкой она была ласковой, славной и очень меня любила.