Секретные бункеры Кенигсберга

Вроде бы мы строим их на случай… – Шпеер чуть было не сказал «бомбардировок», но вовремя поправился: – на непредвиденный случай, а как они дополняют архитектурный образ Линца!

– Да, Линц – прекрасный город. Он чем-то напоминает мне Будапешт. Но Линц, когда мы его преобразим в «мировой город», будет красивее Будапешта. И уж точно в тысячу раз прекраснее этой грязной, вечно захламленной Вены. Вы же знаете, Шпеер, она и построена по-дурацки – спиной к Дунаю.

Шпеер знал давнюю неприязнь Гитлера к Вене[25 - С Веной у Гитлера были связаны воспоминания о неудачах, постигших его в молодости, в частности провал при поступлении в Венскую академию художеств.

] и не преминул поддержать фюрера:

– Это большая ошибка градостроителей – не использовать реку в архитектурном облике города!

– Да, Шпеер, и Париж, и Лондон, и даже Петербург построены таким образом, что вид с мостов показывает эти города во всей их красе. Вот это – грамотное архитектурное решение! Но нам не нужны будут эти кумиры. Еще немного, и Лондон мы превратим в развалины, а Петербург… Несмотря на то, что русские смогли снять блокаду города, в результате этой войны он вернется в свое первоначальное положение и снова станет болотом.

Русский царь построил его совсем не там. А нам на Балтике хватит Риги и Ревеля[26 - Ревель – немецкое название столицы Эстонии Таллина.]. Так что, Шпеер, Линц и только Линц станет выдающимся архитектурным образом всей нашей Земли и мировой цивилизации. Мой родной город достин этого!

Гитлер резко вскинул голову и круто повернулся.

Вытянув руку в сторону замка, стоящего на высокой горе на этом же берегу Дуная, он с пафосом воскликнул:

– Посмотрите, это же торжество германского духа и германской природы! Как я люблю этот замок на горе Рёмерберг! Германская и римская история сплелись здесь с древним парком в одно целое! Шпеер, такого Вы не найдете больше нигде в мире! – Он озабоченно посмотрел на часы и почти извиняющимся тоном спросил: – Шпеер, у нас есть еще время? Мы когда должны быть на заводе?

– В пятнадцать, мой фюрер.

Гудериан и Эйгрубер[27 - Гудериан Хайнц Вильгельм (1888–1954) – гитлеровский военачальник, в 1943 году – генерал-инспектор танковых войск, генерал-полковник. Эйгрубер Август (1907–1946) – видный нацист, гаулейтер земли Верхний Дунай, как военный преступник казнен в 1946 году.] уже там.

– Тогда у нас с Вами, дорогой Шпеер, есть еще целый час. Мне очень хочется прогулятся по местам моего детства.