100 великих рекордов стихий

Старуха явно была себе на уме, и когда Зильберт поднес ей большую коробку шоколадных конфет, она хитро усмехнулась и предупредила учителя, чтобы тот, выезжая из Галкина, не подходил слишком близко к сухой ветле, росшей у поворота на Рамонь.

Зильберт предупреждению внял, и не напрасно: при его отъезде за считанные минуты небо помрачнело, и в тот момент, когда он приближался к указанному месту, в дерево ударила молния и опалила ветлу. Тут же тучи рассеялись, и всю следующую неделю стояло вёдро.

Крайне заинтересованный, Зильберт начал наводить справки: имелись ли в прошлом люди, способные управлять погодой.

Ответ был – да! Но судьба их незавидна. Многие процессы колдунов и ведьм кончались плачевно для подсудимых: смертной казнью, в лучшем случае ссылкой. Так, уже в 1699 году, казалось бы, в просвещенное время правления царя Петра I, Николай Голицын за «непотребное устроение грозы во время великих торжеств» был сослан в Тобольск. С той поры в сибирском городе стали происходить странные и пугающие события, прозванные летописцами «воздушными страхами»:

«Май 8-го числа 7213 г.

(1702 Р.Х.) (здесь ошибка: маю 7213 года от сотворения мира соответствует 1704 год от рождества Христова. – Прим. ред.), в день Иоанна Богослова, в Тобольску, во время играния комедии, возста с тучею буря жестокая, и сломила над олтарем Соборной церкви крест, также и с Сергиевской церкви верх весь с маковицею и крестом…»; «Ноября 20-го числа 7214 (1706 Р.Х.) в Тобольску видно было: во исходе 4-го числа нощи, посреди небеси, на воздухе, выпал бодто свиток бел, растягиваяся, и вслух людям шустал, и пал посреди двора воеводского, вблизости крыльца; и внезапу явился человек, от него же четыре искры огненныя вверх порознь взлетели и совокупилися в место, и чрез малую минуту все исчезло; в то же время нанесло тучу и гром велик скрежета часа с два. И бысть воеводскому дому пожар…» (орфография подлинника), – писал в «Летописи Сибирской» тобольский книжник и начетчик Черепанов. Да что начетчик, имеется свидетельство поэта Бориса Пастернака от лета 1907 года: «На днях Мамонтовы играли в 4 руки симфонию Бетховена. Хорошо играли. Собиралась гроза. В четвертой части есть длинный период, который идет crescendo до апогея диссонанса… Этот кульминационный пункт берется fortissimo. И вот в этот момент прокатился первый гром, глухой, но ужасный, одновременно с аккордом… Это невозможно передать…»

Энергия, которую способен выделить человек, ничтожна по сравнению с энергией грозы.