Сэндитон

Тем более в этом случае, я должна была лично посодействовать этим несчастным больным людям из Вест-Индии. И тогда у меня возникла одна интересная идея – лично встретить и разместить их у нас в Сэндитоне. Сначала я поделилась ей со Сьюзен. Такая же мысль, оказывается, была и у нее. Артур тоже нас поддержал. В общем, вчера мы все вместе немедленно выехали на побережье, мчались без остановок, уже сегодня оставили позади Чичестер – и вот мы здесь.

– Прекрасно! Прекрасно! – обрадовался мистер Паркер.

 – Диана, только ты можешь так бескорыстно служить своим друзьям, да и всем людям на свете. Я горжусь тобой. Мэри, любовь моя, разве Ди – не удивительное создание? Потрясающе! А теперь скажи, какой дом, по-твоему, подойдет для них? У них очень большая семья?

– Чего не знаю, того не знаю, – ответила сестра, – не имею ни малейшего представления. Но думаю, мы не ошибемся, если предложим им самый большой дом в Сэндитоне, а лучше сразу два. А пока я сниму один на неделю.

Мисс Хейвуд, я удивляю Вас? Вы, похоже, не знаете, что и думать обо мне. Я вижу это по Вашим глазам. Моя энергичность вывела Вас из томного равновесия?

«Какая приторная услужливость и никому не нужная активность!» – подумала немного рассерженная Шарлотта. Но вслух ответила вполне вежливо:

– Я в самом деле потрясена Вашей энергией, огромной силой воли и удивительным терпением, – сказала она, – ведь это дело требует столько сил, а у Вас сестрой, как мне сказали, не всё в порядке со здоровьем.

– Да, у нас, действительно, не всё в порядке со здоровьем. Во всей старой доброй Англии, если хорошенько поискать, таких, как мы не найдется и трех человек. Но моя дорогая мисс Хейвуд, мы посланы в этот мир, чтобы помогать ближнему своему, не жалея живота своего. Когда человек наделен свыше сильным духом, разве может слабое тело служить оправданием его бездеятельности. Наш мир, в основном, состоит из сильных духом и слабых; из тех, кто может действовать и кто не может; а тот, кто способен к действию просто не имеет морального права сидеть сложа руки.

Мы с сестрой, каюсь, иногда немного капризничаем и жалуемся на здоровье, но наши болезни не смертельны. И пока живы, мы будем трудиться в поте лица на благо других. Тем более, когда совесть чиста, сразу становится легко на душе, да и на сердце тоже, говорю об этом не понаслышке.