Измена в Кремле. Протоколы тайных соглашений Горбачева c американцами

Киссинджер дал понять, что не возражает отправиться с такой миссией к Горбачеву – это позволило бы ему вновь очутиться в центре американо-советских отношений, особенно при том, что Скоукрофт, его давний друг и протеже при администрации Никсона и Форда, сидит в Совете национальной безопасности, а в Госдепартаменте внешней политикой занимается неофит Бейкер.

Буша заинтересовала идея Киссинджера, и он поручил ему отвезти в Москву письмо Горбачеву за своей подписью. Бывший госсекретарь был в восторге. В январе, за неделю до вступления президента в должность, Киссинджер вылетел в советскую столицу.

События в Восточной Европе уже начали подтверждать озабоченность Киссинджера предстоящей конфронтацией между вновь пробуждающимися демократическими силами и твердокаменными режимами. В понедельник, 16 января 1989 года, в Праге произошли аресты среди демонстрантов, вышедших на улицу, чтобы отметить двадцатую годовщину самосожжения Яна Палаха, студента, покончившего с жизнью в знак протеста против советского вторжения в 1968 году.

Было арестовано восемьдесят человек. Среди арестованных находился драматург-диссидент, которого затем приговорили к девяти месяцам тюрьмы за «подстрекательство к беспорядкам». Это был Вацлав Гавел.

А в Москве в этот день Киссинджер встречался в Кремле с ближайшим помощником Горбачева – Александром Яковлевым. Яковлев был одной из ключевых фигур в мозговом центре Горбачева, главным пропагандистом и теоретиком «гласности». Он учился по обмену в Колумбийском университете в конце 50-х годов, затем был послом в Канаде в начале 80-х, превосходно говорил по-английски.

Яковлев предупредил Киссинджера, что определенные деятели коммунистической партии, придерживающиеся жесткой линии, недовольны политикой Горбачева. На закрытых заседаниях они жестоко критикуют его за то, что он отходит от социализма и продается Западу. Яковлев дал понять, что Горбачеву и его коллегам-реформаторам нужны признание и поощрение со стороны Запада, чтобы иметь возможность проводить свою программу в стране.

Киссинджер ответил, что улучшение американо-советских отношений при Рейгане было в значительной мере косметическим. Настало время насытить их большим содержанием. Он заметил, что хорошо знаком с Бушем и недавно встречался с избранным президентом и его главными советниками. Далее он сказал, что хочет сделать одно предложение, которое следует считать полуофициальным, поскольку Буш благословил его на это.