Детская площадка

Взбив блендером крем, она намазывает торт, любуясь, как красное растекается по белому. Эрик заходит на кухню с капельками пота на лице. К нему, чуть прихрамывая и виляя хвостом, бросается Ной. Коротко взглянув на пса, Эрик направляется к холодильнику, открывает его, зазвенев бутылками на дверце, одним махом выпивает пол-литра апельсинового сока и ставит пустой пакет на стол.

– Ной хромает, – говорит он, вытирая рот рукой.

– На него только что упал Эш. Ничего, поправится. – Ева подходит и берет мужа за руку.

Его кожа горячая и влажная. – Помнишь, какая жара стояла, когда родился Эш? – Роды оказались долгими и трудными, Эрик постоянно был рядом, нежный и внимательный, счастливый оттого, что у него родился сын. Ева улыбается. – Не верится, что нашему малышу уже три года!

– Он больше не малыш. – Эрик идет к двери и на пороге с легкой ухмылкой бросает через плечо. – Между прочим, он сказал «папа».

Муж исчезает в саду, Ева ошарашенно смотрит ему вслед. Вот и первое слово сына.

За окном Эш восседает на холме из буковых опилок и играет, пропуская их между пальцев. Он незаметно сбежал из кухни. Ева поспешно выходит наружу и наклоняется к сыну.

– Что сказал наш именинник?

Эш хватает пригоршню опилок и протягивает ей.

– Зайка, как зовут папу?

Эш ложится на спину и жмурится от яркого солнца.

Соррель спрыгивает с качелей и опускается на корточки рядом с братом.

– Я слышала, как он сказал «папа», – шепчет она.

Мать обнимает ее, и они вместе смотрят, как Эш радостно перекатывается с боку на бок.

– Везет же людям, – тихо отвечает Ева. – Жаль, что я все пропустила.

– А домик-то – сюрприз, – раздается с горки недовольный голос Поппи. – Ты должна держать Эша внутри.

Ева уносит брыкающегося малыша обратно на кухню. Ставит в холодильник шампанское и смотрит в окно на высокую фигуру Эрика, который сгребает сухие ветки для костра. Он слишком занят, чтобы отпраздновать неповторимое событие в жизни Эша прямо сейчас.

Ева начинает мариновать лосося, наблюдая, как мед и соевый соус скользят по его розовой мякоти. Она изучила Эрика как свои пять пальцев. Изменились ли они оба с тех пор, как поженились? В самом начале, будучи полностью поглощенной детьми, она не придавала значения его молчанию. Тогда ей было все равно, а теперь – нет. Она убирает лосося обратно в холодильник и достает стейки, чтобы замариновать их в масле с чесноком.