Учись тонуть

Лондон в качестве семейной гавани – это очень благоразумно. Я зажмурилась, при этом озаренное солнцем личико Элис затенилось моими прикрытыми веками и побледнело, будто окаменев, а ее глаза стали не видны.

В Африке было бы жарко, как здесь, свет был бы таким же ясным и чистым. Для общения с Элис хватало бы времени, и Адам смог бы заниматься своим проектом. Зоуи очутилась бы в своей стихии, а жизнь малыша началась бы под солнцем. Если бы мне удалось работать так же успешно, как здесь, во Франции, я не отстала бы от Адама.

Я вела бы свои исследования, сочетала творческий отпуск с отпуском по уходу за ребенком и к возвращению на работу успела бы опубликовать несколько статей. Чаши весов по-прежнему были бы уравновешены.

В последние четыре недели у меня начал понемногу расти живот, но одежда скрадывала его. Я громко сетовала на то, что толстею, Адам слушал, развесив уши, и охотно верил. Он говорил, что всегда мечтал о жене-пампушечке и что теперь-то я наконец сбавлю темп, ведь с таким грузом не побегаешь.

Я сбросила широкое длинное платье и, в одном бикини выйдя под солнце, окунулась в его тепло и свет и задумалась, ощущает ли эту яркость малыш. Адам оглянулся раз, потом другой и расплылся в улыбке, увидев, как я ныряю в воду.

Он ждал меня в мелкой части бассейна, и едва я высунулась, чтобы глотнуть воздуха, прижал к стене. После прохлады воды его губы показались мне восхитительно жаркими.

– И ты так долго хранила эту прекрасную тайну?

Зеленовато-карие прозрачные глаза Адама удивительно красиво сочетались с его загорелым лицом.

Я вглядывалась в них, соображая, как ответить. Не имело смысла объяснять, что моя уловка была намеренной.

– Это вышло случайно. Я так… удивилась, когда узнала, что даже не поняла, чего хочу, – оправдывалась я, слушая, как учащенно колотится сердце. Поверит или нет? – Мне понадобилось время, чтобы во всем разобраться. Но я уже справилась.

Ведь это, в сущности, так и есть.

– Ну и?.. – Адам подхватил меня под подбородок мокрой ладонью.

Я взялась за его плечи и позволила ногам и телу всплыть на поверхность воды.

Невесомость ощущалась как облегчение.

– Мы едем в Африку вместе, все пятеро.

Адам прищурился, словно почувствовав мою уклончивость. Собрался бросить мне вызов? Выяснить подробности? Вскоре его лицо смягчилось. Я видела, что он борется с сомнениями, но не хочет портить такой момент – ведь он получил все, чего желал. В его объятиях я чуть не задохнулась.

Элис плыла к нам, широко улыбаясь.