Разгадка 1937 года

В отставку был отправлен редактор «Ленинградской правды» бухаринец П. Петровский. «Примерно в то же самое время… молодые бухаринцы-редакторы “Правды” и “Большевика”: Слепков, Астров, Марецкий, Зайцев и Цейтлин, – были смещены со своих должностей и заменены сталинистами»… На Угланова и поддерживавших его секретарей райкомов обрушился огонь кампании «самокритики», направленной против «правого оппортунизма»… В первые недели октября Угланов столкнулся с повальным неповиновением в партийных низах, оказался не в состоянии сменять и перемещать работников в своей собственной организации и вынужден был сместить двух своих наиболее активных секретарей райкомов, Рютина и Пенькова».

На заседании Московского комитета 18–19 октября критике был подвергнут первый секретарь МК Угланов за «терпимое отношение к правому уклону». 19 октября на заседании выступил Сталин. Хотя он категорически отказывался «заострять вопрос на лицах, представляющих правый уклон», Сталин впервые резко поставил вопрос о «правом уклоне» и его опасности.

Сопротивление Сталину пытался оказать Томский на VIII съезде проф-союзов, проходившем в декабре 1928 года, но он оказался в меньшинстве. Тогда Томский подал в отставку с поста руководителя ВЦСПС, который он занимал с 1918 года, но отставка не была принята. В отставку с постов редактора «Правды» и политического секретаря ЦК ВКП(б) подал и Бухарин.

Отношение к Бухарину и его сторонникам резко изменилось после 20 января 1929 года, когда вышла в свет подпольная троцкистская брошюра, содержавшая запись переговоров Бухарина с Каменевым. Разбору факта этих переговоров и их содержания было посвящено объединенное заседание Политбюро ЦК и Президиума ЦКК ВКП(б), открывшееся 30 января и продолжавшееся до 9 февраля. Бухарин и его сторонники выступили 30 января с декларацией, в которой они обвиняли Сталина в проведении гибельной политики «военно-феодальной эксплуатации крестьянства», разложении Коминтерна, насаждении бюрократии и предрекали: «Все наши планы грозят рухнуть».

И все же и на этот раз 7 февраля Сталин предложил Бухарину компромисс на следующих условиях: «1. Признание им ошибкой переговоры с Каменевым; 2. Признание им, что утверждения в заявлении от 30 января “сделаны сгоряча, в пылу полемики” и отказ от них; 3. Признание им необходимости дружной работы в Политбюро; 4.