Вернуться назад

Я его точно не найду! – сдавшись мешком упала на диван, уронив голову в руки. Сильно сжав кулаками волосы у самых корней, до боли, немного пришла в себя.

– Отлично! – произнесла вслух, поднявшись на ноги и снова заходив по комнате из стороны в сторону, – раз супруга, всё равно найти не сумею, по крайней мере, специально, значит, нужно, чем-нибудь себя занять до его прихода.

– Хорошо, что можно сделать? Что, можно…– переспросила снова, перебирая вещи, находящиеся здесь, жадным взглядом заключённого.

– Да…делать, в общем, и нечего,– добавила, глядя на скучно стоящую мебель вдоль стен.

Пару минут снова смотрела по сторонам, пытаясь придумать себе занятие, но ничего не приходило в голову. В конечном счёте моя длинная головоломка привела к тому, что нужно просто пойти и обследовать здание.

– Хорошо, – прошептала вслух, тут же решив, что больше не стоит этого делать вдруг кто услышит и вместо дома, отправят к доктору Грегоровичу на постоянное пребывание. – Маму этим не обрадуешь, – снова произнесла вслух, направляясь в центр комнаты, к большому белому роялю, одиноко стоящему в самом центре зала.

– Начну прямо отсюда, – решила и провела ладонью по холодному инструменту, царственно стоящему рядом со мной. Присев на банкету, и открыв крышку, переливающуюся на свету, замерла, не зная, что делать дальше. Играть я не умела, но зов этого инструмента был так велик, что руки невольно легли на клавиши, и слегка надавив на них, растревожили тишину, дисгармонией созданной мной.

– Как жаль, – прошептала, – ты одно из прекраснейших творений любого из миров, а я, кроме, ужаса от моей игры, ничего не смогу тебе дать. Прости, – добавила, с нежностью закрыв крышку, отвернулась от инструмента. Только сейчас, находясь в самом центре зала, около старинного рояля, я попыталась разглядеть его более детально. Оказалось, он был неправильной, восьмиугольной формы, вытянутый по длине. Стена справа от меня вытянулась больше левой и слегка закруглилась. Из зала выходило три двери, две из них были открыты.

Первая вела в коридор, где находилась моя спальня. Вторая, слегка приоткрытая, с противоположной стороны. Чуть правее от неё, ещё одна из красного дерева. Объёмный рисунок, людей с крыльями вокруг книг, охватывал обе створки двери. Стены зала украшал белый камень с золотыми прожилками, переплетающимися в огромную лозу по всему периметру. На лозе картины с изображёнными на них крылатыми людьми, от маленьких детей до древних стариков.