Встреча с тобой

В конечном счёте, это мой выпускной, почему из-за всяких му… мужиков должна его пропустить, где-то в сторонке!

Объявили последний танец и заиграла красивая, медленная мелодия. Только я обрадовалась и собралась отдохнуть где-то на галёрке, как на моём запястье сомкнулись чьи-то крепкие пальцы.

Резко обернулась и опешила. Это был Глеб, но что ему нужно?

– Разреши пригласить тебя на танец? – наклонившись к моему уху, прошептал он, обжигая кожу горячим дыханием.

Я только и смогла, что кивнуть в ответ и последовать за мужчиной, что уже пол года не выходит из моей головы, к танцующим парами одноклассникам.

Сердце тревожно забилось в груди.

Глеб положил мне руку на талию, второй взял мою ладонь и переплёт наши пальцы. Осторожно, нарочито медленно поднёс мою руку к губам и бережно поцеловал, а затем поднял свои небесные очи, взглянув мне прямо в глаза, и тут я осознала, что окончательно пропала. Попала в плен рук, глаз, изящных и идеально очерченных губ.

Он это видел. Да и как не заметить, я так улыбалась, словно меня чем-то тяжёлым пришибли. Я таяла, растворялась в нём, чувствуя, как страх вытесняет волна какого-то неописуемого счастья. Нереального счастья.

"А может, зря я панику развила, и он и есть тот самый, единственный?"

Но как только музыка стиха, этот "единственный", чтоб ему пусто было, словно растворился, водой выскользнув из рук, оставив только чувство пустоты, одиночества и ощущения идиотизма.

Попыталась найти его глазами, но безуспешно. В конечном счёте расстроилась и салют уже смотрела без малейшей радости.

Потом нас опять погрузили в автобус. Глеба и здесь не оказалось. Это расстроило ещё больше, и хотелось оказать дома в тёплой постели, чтобы не думать обо всём этом, забыть, стереть как страшный сон. Но я понимала, что обманываю себя, и как только окажусь в родных стенах, опять возьмусь за карандаш, и ночь напролёт буду рисовать его по памяти… либо море, оно так успокаивает.

Как оказалась с одноклассниками на набережной, даже не поняла. Просто осознала себя там, зябко кутающейся в плащ, в стороне от всех. Поднимала камешки с земли и грустно бросала в воду, настроение ведь окончательно испортилось. Вздохнула и в этот момент, чьи-то руки легли мне на плечи, требовательно развернув на сто восемьдесят градусов.