В поисках правителя Хейзы

– Вот и хорошо… вот и отлично… – плотно сжав губы, вытянутые в тугую линию, ответила Мия, пряча от меня взгляд, наполненный слезами. Её правая рука слегка тряслась, но она быстро привела себя в чувство и снова улыбнулась мне открытой и доброй улыбкой, сообщив, – ну вот ты и дома, Силена. Действуй!

Забыв о повреждённой ноге, исцелившейся так же внезапно, как и растянутой, я напуганным зайцем неслась в выделенные мне апартаменты, по пути распаковывая краски, пудры и прочую ерунду. Быстро раздевшись, влетела в ванну, смешала все составляющие моего преображения и выждала пару минут, активно тряся голубую смесь в бутылке, пока она не стала равномерной.

Взглянув на себя в зеркало последний раз такую, какую я помню и люблю, выдохнула, надела перчатки и принялась активно наносить неприятно и резко пахнувшую смесь на свои густые, вьющиеся, пока ещё тёмно-русые волосы. Спустя минут двадцать мучений я наконец-то закончила и, выбросив пустую баночку из-под краски сползла по стене и села рядом с мусорной корзиной, бездумно смотря в противоположную стену и ни о чём не думая, ожидая, когда же, отведённое на эту процедуру время пройдёт, и я смогу оценить результат своих трудов. Время тянулось долго, как никогда. Прежде, даже когда я была человеком, оно пролетало мимо гораздо стремительнее. И вот, мучительные сорок минут истекли, и я принялась отмывать свои локоны от остатков краски, склонившись над раковиной.

– Процедура окончена, – констатировала пустой ванной и направилась в комнату к большому зеркалу, предварительно прихватив с собой расчёску.

Большое зеркало сразу меня заприметило, а я заприметила девушку, напугано смотрящую на меня из-за стекла. Выдохнув, раскрутила полотенце на голове и бросила его к ногам. По моим плечам тут же раскинулись мокрые, тяжёлые локоны белого-жёлтого цвета и сердце замерло от восторга и разочарования одновременно. Цвет был таким, как я и хотела, но вот в отражении была уже не я, а кто-то очень похожий на Эмили, – но ведь именно этого ты и хотела? – прошептали мои губы своей зеркальной собеседнице, пытаясь улыбнуться.

Вспомнив о расчёске, я только поднесла её к кончикам волос, как тут же замерла, увидев, как отражение в зеркале меняется. Девушка—блондинка, постепенно исчезала, её волосы медленно, но стремительно темнели от корня, спускаясь к кончикам, до тех пор, пока каждый завиток снова не принял свой естественный тёмно-русый цвет.

– Нет, – прохрипела я, хватая волосы в руки и изучая их.