Сон о сне. Стоит лишь пожелать…

 – Зачем же так мучить себя?

Я не ответила, уставившись на ярко сияющую цепь, соединявшую наши браслеты. Каким образом одно лишь присутствие Эллиота смогло успокоить начинавшуюся истерику? Мне всё ещё было больно от слишком яркого воспоминания, но постепенно поток слёз исчерпал себя. А затем, не осознавая того, что делаю, я прильнула к демону, обхватив руками за шею. С замиранием сердца ждала, когда он оттолкнёт меня и хотела уже сама опустить руки, как спустя полуминутное замешательство Эллиот вдруг тоже обнял меня.

«Это всё из-за браслетов долга, – внушала я себе. – Поэтому мне так спокойно. Из-за них я чувствую себя защищённой. Всё из-за них.»

Это тепло… никогда раньше я не испытывала ничего подобного. От Эллиота пахло зимним утром и ещё чем-то едва уловимым, что напоминало мне о домашнем уюте. О чём-то родном и нужном.

Пора бы и отстраниться, слишком уж долго мы были так близко. Но едва я хотела отпустить его, как что-то внутри начинало протестовать, не желая прогонять странное чувство. Эллиот молчал, но тоже не спешил отстраняться.

Наконец, я с трудом заставила себя опустить руки и отодвинуться, избегая его взгляда. Как же стыдно понимать, что я позволила себе такую слабость в его присутствии.

– Что вам снилось?

– Моя сестра. Она умерла пятнадцать лет назад. Из-за меня.

– Люди склонны всё преувеличивать, и вы не исключение. – Он вдруг коснулся моих волос, убирая одну прядку за ухо. – Не вините себя в том, что случилось. Там не было вашей вины.

– Ты даже не знаешь, что произошло… Я… я разозлила её, не смогла сдержать своей глупой шутки, как и всегда… Она убежала от меня и потом…

Мне не хватало воздуха, и я могла лишь открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба.

Пальцы судорожно сминали одеяло, пока вдруг сверху на них не опустилась чужая ладонь. Лишь тогда я позволила себе поднять голову. Эллиот внимательно наблюдал за мной и в его глазах отражалась моя печаль. Было странно видеть его таким: понимающим, заботливым и ласковым. Это не было похоже на того Эллиота, которого я успела узнать. Но я уже видела эту боль в его глазах, в ту ночь, когда погиб его друг. Значит, ему не чуждо сочувствие и переживания. Это не вязалось у меня с образом хладнокровного демона-убийцы, но странным образом успокаивало.

Затем он бросил взгляд на электронный будильник: 04:15.

– Вам рано вставать, миледи. Нужно хорошо выспаться.

Я рассеянно кивнула. На языке вертелись слова, которым я ни за что не позволю вырваться.