Аномалия

Вот и сейчас: «Ну что, не снится по ночам бедное животное?»

Когда Валентин был с семьей, Спиридон был краток, а наедине мог обрушиться не слишком приличным монологом. Но что с алкашом поделаешь? Не применять же силу. И к тому же Валентин чувствовал при этом дискомфорт. Конечно, он бедного пса не травил, но помнил, что вслух и от души пожелал: «Чтоб ты сдох!», и даже в воспаленном мозгу возникла картинка – мертвая собака на асфальте. Неинтеллигентно кому-нибудь живому желать смерти, но у него имелись оправдания.

Это была ужасная ночь, кризис гриппа, а пес то лаял, то выл не замолкая. И потом, убить оленя, зарезать свинью можно? Но все равно, когда утром Нина сказала ему, что пес сдох, – сказала с радостью, – он по контрасту почувствовал себя не комильфо…

Поэтому на приставания соседа отвечал стандартной фразой: «Иди, Спиридон, бог подаст».

Почему бог, почему он должен подать, обоим было неясно, но Спиридона это успокаивало.

Машина Валентина стояла недалеко от парадной. Он, как обычно, довез их до детского сада, который был недалеко от конторы Нины, и поехал к себе «на выселки», так они называли его офис, расположенный в дальнем новом районе.

Это была дорога не столько дальняя, сколько долгая. В стоянках-очередях возле перекрестков хватало времени все вспомнить, обо всем подумать, все спланировать и… можно было начинать сначала. Минут тридцать пять – сорок только для того, чтобы выехать из центра города. Валентин не смотрел по сторонам: не до того. Чуть зазевался – сзади клаксон.

Окна закрыты, но смог выхлопных газов проникает в салон, большинство машин на бензине и солярке, хотя есть и электромобили, но их немного. Метра два проехал – стоп. Он каждый раз давал себе обещание перейти на общественный транспорт, для которого хотя бы выделили отдельные полосы и даже улицы и который в последние годы не только довольно неплохо работал, но и был комфортным. Львовские автобусы стали не в шутку, а всерьез «вторыми в мире и первыми в Европе», как пел старый патриот, западенец Вакарчук, они заполонили украинские дороги. Маршрутки двадцатых годов оставались только в ужасных воспоминаниях и ночных кошмарах.

А пока времени думать о чем угодно – и о хорошем, и о плохом – было более чем достаточно. Конечно, за последнюю пару десятков лет страна стала другой. Догнали и даже перегнали поляков – еще бы, наша земля и наш технический потенциал! – оставили за бортом всех своих соседей по ВВП на душу населения, включая северного.