Ненужные

Не смотря на это, дети были готовы вложить свое будущее в руки мистера Финда.

– А теперь, делайте, что хотите, – Блейк встал со своего стула. – Советую лучше познакомиться друг с другом. Можете поиграть в саду на заднем дворе. Погода сегодня располагает к прогулкам на свежем воздухе.

Глава 16

Дети, не сговариваясь, надели свои теплые куртки, и вышли на задний двор. В саду было очень мало деревьев, но они стояли в прекрасном оранжево – красном наряде, который казался слишком праздничным для такого унылого места.

Серое небо, как обычно, мрачно нависло над Ивлендом, но дождя не было, а это уже означало в этой местности, что погода просто великолепная.

Во дворе одиноко стояла старая, полусгнившая скамейка и валялось поваленное дерево. Казалось, что время остановилось в этом саду и потихоньку разрушало это всеми забытое место. Сад был одинок и запущен. В сочетании с серым небом создавал одновременно и гнетущую, и притягивающую атмосферу. В такие места хочется иногда попасть, чтобы остаться наедине со своими мыслями.

Именно в таком мрачном месте ощущается притягательная сила душевного баланса и спокойствия. Именно в таких местах все эмоции становятся настоящими, избавляясь от шаблонной скорлупы.

Дети тоже оказались в потоке магического влияния сада. Возможно, он в какой- то мере отражал их внутреннее настроение. Амелия и Ева сели на скамейку, а Джон начал бездумно носиться по саду, перепрыгивая через поваленное дерево.

Сначала Амелия и Ева сидели молча, при этом ни одна из них не чувствовала неловкости за долгое молчание.

Затем, Амелия набралась смелости и внимательно посмотрела на Еву. Ева ответила на взгляд, и в течение одной минуты девочки изучающее смотрели друг на друга, ничего не говоря, и ничего не спрашивая.

Они уже испытали на себе боль и разочарование в самых близких людях, и поэтому довериться другому человеку, пусть даже такому похожему на них, было психологически сложным испытанием. Первой решила заговорить Ева:

– Моя мать, не знаю за что, ненавидела меня с самого рождения.

Взрослые думают, что младенцы ничего не понимают и не помнят, но это не так! Я все чувствовала и осознавала, понимаешь? – обратилась она к Амелии.

Амелия молча кивнула, боясь ненароком прервать рассказ Евы.

– Моя мать – Дороти Ларкинс, была самоотверженной католичкой, однако это не помешало ей временно закрыть глаза на законы Божьи и влюбиться в женатого мужчину.