История Палача

Потом он заглянул через ее плечо и стал восстанавливать по памяти местность, пробовал понять, где именно они сейчас, как вдруг произошло нечто очень странное. Он отчетливо увидел злосчастную дыру в земле. Вернее, не саму дыру, а ее силуэт. Еще он увидел пульсирующее синеватое сияние, исходившее из дыры.

– Что это там? – Бак похлопал Аду, привлекая ее внимание, и указал скрюченным пальцем в сторону свечения.

– Дырка твоя земляная, – огрызнулась девушка и тут же переспросила: – А что?

– Я ее вижу, – в голосе Бака было волнение и заинтересованность.

– Не выдумывай.

– Нет, честно. Из нее струится какой-то синий свет. Точнее я только свет и вижу, но очертания ямы узнал.

– Вот это новости, – Ада хмыкнула и поудобнее перехватила его ноги. – А ты, пацан, не так прост, как кажешься. Жалко, что на голову ушибленный. Раньше такой свет уже видал?

– Нет. В первый раз. Что это значит? Есть шанс, что ко мне вернется зрение?

– Ой, нет. Тут без вариантов. У тебя же глаз совсем нет, только пустые дырки в черепе.

Ну, разве что ты найдешь способ новые себе отрастить. А свет этот – это магия, пацан. Не сама прям магия, – она улыбнулась и Бак понял это по тому, как изменился звук ее голоса. – Только ее следы. Она как бы заряд после себя оставляет, как угольки после костра. Они тлеют и заряд тоже. Особо внимательные могут по этому следу понять, как давно заклинание использовалось, и что оно делало. Вот я, например, так и поняла, что у тебя там внизу жопа приключилась.

– Ты тоже его видишь?

– Не.

Прям видят не многие. В основном, чувствительные люди просто понимают, нутром чуют. Но бывают и такие как ты – зрячие. А еще есть нюхачи, слухачи и щупы. Думаю, сам разберешься, что почем. Мы пришли.

Баку было странно наблюдать дыру не черной и зловещей, как раньше, а совсем наоборот. Теперь весь мир для него был зловещей черной дырой, а она сама – единственным источником света. Он струился из-под земли иногда пульсируя и переливаясь разными оттенками синего, словно подсвеченный полной луной туман.

Туман, переполненный хлопьями пыли, от одного вида которой Бак снова зашелся в приступе кашля.

– Так! А ну давай мне на затылок не харкай, – Ада нахохлилась как недовольная птица, получившая дождевой каплей по макушке. – Давай слазь. Я тебя на веревке вниз спущу. Ох как я тебя вытаскивала… Обмякший, рожа страшная, синяя, как виноград. Ручки ножки в разные стороны растопырились, в дырку не пролазят, цепляются. Сплошные неудобства.