Жизнь без границ. Нравственный Закон

Как я сейчас понимаю, я соприкоснулся с границами, которые каждый из нас устанавливает между собой и окружающим миром. С каждым новым этапом видения и понимания, как ум членит и разделяет мир, я всё чаще соприкасался с этими границами и всё сильнее заболевал. Напомню, что каждый человек отождествляет себя со своим умом и с тем, что в нём находится, то есть, разделяя мир, мы разделяем и себя. Сначала заболели мои лёгкие и бронхи. Но я не обращал на это внимания, радуясь, что появилась хорошая возможность описать работу ума.

Книга близилась к концу, тут и весенние каникулы подошли, и мы всей семьёй уехали отдыхать на море, к солнцу, по которому соскучились за долгую зиму. Из этой поездки я вернулся с ощущением, что нечто неладное творится с моей печенью и желчным пузырём.

Я надеялся быстро разобраться с возникшими проблемами, как делал это уже сотни раз. Однако время шло, а проблема с лёгкими и бронхами всё усугублялась – я начал задыхаться, когда двигался, меня бросало то в жар, то в холод.

Вдобавок значительно ухудшилось положение с печенью и желчным пузырём, начали давать о себе знать желудок, почки, кишечник толстый и тонкий, простата, а затем к ним присоединилась и поджелудочная железа. Все привычные методы работы с собой перестали работать или давали едва ощутимый результат. Меня медленно засасывало в какую-то чёрную дыру.

Организм шёл вразнос, а я впервые за много лет ничего не мог поделать. Не работал ни один из методов, которые я проверял на себе тысячу раз.

Я медленно, но верно проигрывал эту борьбу.

Иногда какой-то голос, в котором слышались неуверенность и беспокойство, шептал мне: «А может, всё-таки пойти и отдаться врачам, сдать анализы, провериться, сделать флюорографию, УЗИ, полежать в больнице?» Но я всё откладывал и откладывал. Наконец я решил для себя: «Ходить по врачам мне лень, тем более мало кто из них понимает, что все болезни зарождаются у нас в уме. Иметь же дело с внешними симптомами в данном случае не имеет смысла.

Буду разбираться сам – помру так помру. В конце концов, это рано или поздно произойдёт с каждым из нас. А тут интересно самому докопаться, в чём же всё-таки дело. Ну а смерть… смерть лечит всё».

Когда я решил это для себя – иными словами, умерил свою гордыню, говорящую, что я могу решить любую проблему на свете, и сдался, уступил смерти, – состояние стабилизировалось и даже несколько улучшилось. Но не больше. Я по-прежнему был очень болен.