Каменка

На секунду он забыл о назойливом желании покурить, каждый раз возникавшим при виде очередной самокрутки, появлявшейся в зубах сельского головы, о страшных шрамах священника, и о пустом кабинете, который еще долго придется обставлять. Сейчас его внимание было полностью обращено на глубокую яму в земле и скромный крест с прибитой к нему металлической табличкой, на которой были указаны имя и годы жизни владельца могилы.

Геннадий Альбертович Балашов

1901—1993

– Тут ты, Никон, прав, – Молчан аккуратно наклонился над краем ямы и заглянул внутрь, – это точно не собаки.

– Вы уверены? – Володаров еще никогда не сталкивался с подобными случаями, а потому не исключал никаких возможностей.

– Уверен. Собаки так глубоко не роют. Ну, наши уж точно. А если б рыли, то от погоста уже бы ничего не осталось.

– А другие звери, которые могли бы такое натворить, у вас водятся?

– Тю, Геннадий Павлович, мне-то откуда знать? Я у них что, спрашивал? Может и водятся. Но раньше я такого не видал. Тем более, не думается мне, что это их дела.

А ты, Никон, как считаешь?

Никон неопределенно пожал здоровым плечом.

– И вообще, я как ветеринар тебе скажу, могилы человечьи лесным зверям и даром не сдались.

– Откуда такая уверенность?

– Из головы. Вот сам подумай. Альбертыча мы сколько?.. – он задумался, вспоминая, – девять дней назад как похоронили. Выходит, тело уже не первой свежести было, когда его выкопали. Ежели это делало животное, тогда это точно падальщик, а им проще на земле найти, чем под землей.

Уж больно много мороки два метра рыть, чтоб покушать. Нет, это не звериная работа, точно.

– Возможно, вы и правы. Но это при учете, что могилу раскопали именно сегодня.

– Этой ночью раскопали, – подал голос Никон.

– И вы уверенны, что именно ночью?

– Да. Я сюда каждое утро прихожу, проверяю, чтобы надгробия и заборы не покрали. Вчера еще все в порядке было. А могилу копать дело долгое. У меня окна на эту сторону выходят. Я бы заметил.

Володаров терпеливо выслушал объяснение Никона, обходя вырытую могилу по кругу, вглядываясь в разбросанную вокруг землю.

Затем он нагнулся над ямой и заглянул внутрь. На дне виднелись остатки пустого гроба.

– Хм… – он остановился у перевернутого креста, присел и попытался его приподнять. Вышло это у него без особого труда. – Ну, хорошо, – он положил крест на место и отряхнул ладони, – предположим, то, что вы говорите – правда…

– Ну, ты чего? – тут же вмешался Молчан. – Конечно, правда.