Русский город Севастополь. Книга вторая

Насыпь турами не укреплена, когда ядро попадает, галька разлетаются не хуже картечи.

– Не учли, – кивнул с сожалением Тотлебен.

Корнилов смело вскочил на банкету к стрелкам, Нахимов за ним. Капитан-лейтенант Ильинский, закричал:

– Куда вы! Немедленно сойдите!

– Не мешайте! – строго сказал ему Корнилов. – Мой долг – видеть всех.

Тотлебен, тем временем, с Павлом осмотрели оборонительную казарму. Она к тому времени представляла из себя груду кирпичей вперемежку с чугуном. Батарея из пяти орудий, что стояла за казармой молчала.

Все пушки сброшены со станков, прислуга перебита. Подошла рота солдат из прикрытия. Принялись убирать тела и разгребать завалы.

– Почему не подвозят орудия из резерва? – строго спросил Нахимов у Ильинского.

– Невозможно, – ответил тот. – Дорога простреливается. Четыре пары лошадей убило.

– Но что-то надо делать? – требовал Нахимов. – Отправьте команду осмотреть сбитые орудия. Надо хотя бы одно отремонтировать.

– Я – на шестой, – сказал Корнилов и велел подать лошадь.

***

Оборонительная казарма шестого бастиона достойно выдержала обстрел, но местами дала трещины – руку можно просунуть. Внутри от порохового дыма – не продохнуть. Капитан Зарин командовал артиллеристами: то смело взбирался на верхний фас, то слетал вниз, к тяжёлым орудиями и давал указания наводчикам.

Завидев Корнилова, матросы грянули «Ура!» и вновь принялись за свою работу у пушек.

– Как дело идёт? – чуть ли не в ухо крикнул Корнилов Зарину.

– Плохо! – недовольно ответил капитан.

 – Ещё пару часов такого обстрела, и стена валиться начнёт.

– Почему? – вмешался Тотлебен.

– Сложена абы как. Раствор негодный. Я бы, Владимир Алексеевич, инженеров, кто эту стену возводил, посадил бы сюда вот, прямо сейчас, да пусть они отчёт о расходах пишут: куда столько денег угробили? А стена-то – дрянь!

– Когда уж тут, Апполинарий Александрович? Придёт время – ответят, – заверил его Корнилов.

– Ничего! Выстою! – успокоил адмирала капитан Зарин.

 – А вы бы шли отсюда. Тут такой аврал – головы не высунуть.

– Главнокомандующий в городе, – доложил Корнилову адъютант.

Адмиралу подвели гнедую лошадь со светлой гривой, и он поскакал вниз по дороге.

– Слава Богу, ушёл! – перекрестил его в спину каперенг Зарин. – Вечно Владимир Алексеевич в пекло лезет.

***

В городе творилось что-то невообразимое. К набережной спешили испуганные горожане. Несли с собой всё, что успели захватить. У пристани толкотня.