Любовница

Всем сотрудникам старшей и младшей школы!

Полицейские, расследующие исчезновение нашего коллеги, мистера Ральфа Уилсона, прибудут сегодня в школу для проведения опроса. Всем, кто может поделиться любой информацией о м-ре Уилсоне, пусть даже самой незначительной, следует перейти по ссылке ниже и записаться на беседу. Пожалуйста, планируйте беседу во внеучебное время. Если подходящее для вас время занято, пожалуйста, свяжитесь с Джейн (младшая школа) или Матильдой (старшая школа) они организуют для вас временную замену, пока вы будете беседовать с детективом.

В полиции полагают, что даже самые незначительные подробности, касающиеся поведения и душевного состояния м-ра Уилсона в недавнем прошлом, могут оказаться ценной информацией. Несомненно, мы все будем рады помочь в расследовании этого очень непростого случая.

На встречу с полицейскими меня затащила Оливия Фрай. Она собиралась пойти с помощницей учителя из младшей школы та тоже иногда посещала занятия нашей группы.

Оливия предложила мне пойти с ними. Нет, не предложила – настояла.

– А что, если мы сможем помочь? – говорила она, буквально загнав меня в угол площадки для игр во время очередного нашего дежурства. Ее огромные глаза влажно поблескивали от переполнявших ее чувств. – Было бы ужасно, если бы мы не попытались помочь. Подумай о его бедной жене!

Я старалась увильнуть от прямого ответа. Она и понятия не имела, как много я думаю о Хелен. Ее окаменевшее лицо с застывшим взглядом вспоминалось мне почти так же часто, как и лицо ее покойного мужа.

Я пожала плечами:

– Со мной детектив только зря потратит время. Я же почти не знала мистера Уилсона.

– Понимаю. – Оливия поджала губы. – Я тоже не знала. Но пойти надо. Давай сходим вместе и покончим с этим делом.

К нам подбежала заплаканная девочка в распахнутом пальто, требуя справедливости в какой-то ссоре с одноклассницей. Отвернувшись от меня, Оливия наклонилась к ней, чтобы разобраться, в чем дело.

В нарушение всех правил я быстро зашагала с площадки к школе – мне нужно было в туалет.

Беспорядочно бегающие дети, их крики и смех – все было как в тумане. Меня трясло и бросало то в жар, то в холод. Мне физически нельзя идти на эту беседу с детективом. Я не смогу находиться рядом с полицейскими, чувствовать их взгляды на лице. Не смогу держать себя в руках и отвечать на вопросы. Они все узнают. Я выдам себя. От меня волнами будет расходиться чувство вины.