Тот самый парень

– Что?

– Боже, Дэнни, я просто спросила, принял ли ты обезболивающее.

– Нет, – говорит он чуть приветливее.

– Сейчас принесу, – говорю я и подбадривающе хлопаю по предплечью.

Он чуть ли не вскакивает с дивана, когда я касаюсь его руки.

– В чем дело? – вскрикиваю я.

– Мне просто больно!

Я прищуриваюсь, глядя на этого парня. Что происходит?

– Дэнни, дай я взгляну на твою руку.

Он сердито вздыхает, но осторожно протягивает мне ее.

Я осматриваю его предплечье. Не удивительно, что он такой взрывной.

Это плохо.

И кожа выглядит блестящей…

Немного болит, черт возьми.

Эта рука… сломана.

– Дэнни! Не удивительно, что ты такой засранец. Твоя рука сломана.

Мой голос отвлекает Филиппа от телевизора, где сексуальная девчонка снимает с себя кофту.

– Это случилось во время прошлой игры? Когда ты блокировал того парня? Его шлем ударил по твоей руке, да? – быстро спрашивает Филипп.

– Эм, да. Наверное, – бормочет Дэнни, поворачиваясь ко мне, и говорит: – Она не может быть сломана, Джей. Тренер решил, что это просто ушиб.

– Ага. Знаешь, Дэнни, как не прискорбно мне сообщать об этом, но твой тренер ошибся.

Уже в следующую секунду я бегу домой. Проскакиваю в ворота и останавливаюсь перед джакузи.

Все смотрят на меня, словно я испортила им веселье, и они ждут, когда я поскорее уберусь отсюда.

Я игнорирую такой вариант и объявляю:

– Эй, ребята! Мне кажется, Дэнни сломал руку.

Знаю, что это по крайней мере привлечет их внимание.

– Что? – с беспокойством восклицают все.

О, конечно, теперь они взволнованы.

– Не та рука, которой он делает бросок? – спрашивает папа Дэнни.

Боже упаси!

А затем мистер Мак спрашивает:

– Как? – прежде чем у меня получается вставить хоть слово.

Я отвечаю обоим:

– Нет. Это левое предплечье, и произошло это, когда он блокировал того парня в четвертой четверти прямо перед тем, как забил мяч.

Теперь спрашивает папа:

– Они проверили ее в раздевалке? Тренер сказал, что она сломана?

Тренер крутой парень. Он готовит команды победителей в Вестауне уже многие годы, и все его уважают, но, простите, разве он врач?

Нет, как мне кажется.

– Нет. Он решил, что это сильный ушиб, но я не согласна, – говорю я, качая головой как эксперт.

Я почти что им и являюсь.

– Рука горячая, а кожа опухла и блестит.