Чувство собственного достоинства. Эссе

Понятно, что существует группа людей, завидующая чужому таланту и ревнующая к чужому успеху. В подавляющем большинстве случаев, это достаточно посредственные личности. И чем выше степень их реальной никчемности, тем агрессивнее, обильнее и длительнее могут быть их выпады, в первую очередь, в адрес самой личности интеллигента и его жизни, а уже потом по отношению к результатам его творчества. Могут, конечно, и в плане особенностей творческого процесса сделать несколько выпадов. Это уже зависит от уровня интеллекта критика (от малого до среднего, как правило).

Вторая группа "доброжелателей" – это люди, по своей сути являющиеся деструктивными личностями. Такие «критики» никогда и никому ничего конструктивного (по большому счету) не делают. Подобные вещи в принципе чужды их натуре. В их числе и подгруппа психологических садистов, которые получают особое удовольствие от публичного унижения и оскорбления другого человека. И, чем глобальнее и изощреннее унижение, чем выше степень душевного дискомфорта интеллигентного человека в результате этого, тем больше радость садиста, тем выше степень удовлетворения им собой и своей жизнью и даже своим такого рода своеобразным «творчеством».

Главная задача деструктивного критика, при этом, не зависимо от реального комплекта достоинств и добродетелей интеллигента, как можно в большей степени обесценить его личность, жизнь, талант, творчество или даже хотя бы какие-нибудь второстепенные моменты, относящиеся прямо или косвенно к ним.

Безусловно, что при этом может очень активно участвовать фантазия и воображение деструктивного «критика», его сообразительностью и изобретательность, пронырливость и изворотливость, склонность к авантюре и интриге, его страсть к психологическому манипулированию окружающими и общественным мнением в целом. Интуитивно такой «критик» чувствует и даже отчасти понимает свою принципиальную бесплодность в творческом плане, но обостренное самолюбие и неудовлетворенная разумным способом потребность в чувстве собственной значимости, буквально заставляет его любым способом хоть как-то компенсировать возникший глобальный дисбаланс между ним и интеллигентным человеком.

Он понимает то, что подняться до уровня интеллигентного человека ему не дано, даже чисто теоретически. Значит, надо "опустить" интеллигента в общественном мнении, как минимум, до своего уровня, а, как максимум, – значительно ниже.