История от зверушек

Помню, что собственноручно (ну, может, с помощью бабушки) сшила Хоме тельняшку, и, при попытке его одеть, он влезал в подол и убегал через ворот. Вообще, вся игра с Хомами заключалась в основном в том, что, берёшь его в руку – он убегает – подставляешь следующую руку – он убегает – и так далее – такая бесконечная дорожка.

Один из Хом, вероятно, первый, в свободном доступе иногда гулял по комнате, где у папы хранились мольберт и масляные краски. В итоге, он попробовал «охру» на зуб. Попытки отпоить его молоком из пипетки не помогли.

К сожалению, хомяки живут три года. Ну, где-то столько все наши хомяки и жили.

Хома № 2 отличился тем, что в своем домике, в котором его купили в зоомагазине, прогрыз себе «унитаз»[1 - Прошу прощения, «унитазный» юмор здесь будет встречаться часто. Это у нас с папой семейное. Папа очень любил «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека. Эта книга была у него как «Женитьба Фигаро» у Пушкина («Как мысли черные к тебе придут, Откупори шампанского бутылку иль перечти «Женитьбу Фигаро»» Пушкин А.

С. «Моцарт и Сальери»). Ну и куда ж без физиологических подробностей, если живешь бок о бок со зверушками?]. Мы думали, что Хома в нём (в домике) будет спать, а он себе прогрыз в полу дырку, и полюбил в ней сидеть, опустив туда свою длинную хомячью попу с курдючком-хвостиком. Вся эта конструкция стояла уже в аквариуме, в резаной газете.

Третий Хома прославился тем, что, когда «уходил на радугу», отправил папе мысль об этом.

Мы в это время гостили у папымаминых друзей в городке Белая Церковь. Папымамина подруга второй раз вышла замуж за одинокого отставного военного дядю Ваню, и переехала к нему туда с дочкой жить.

Отдыхали мы там замечательно! Тихий уютный маленький городок. Под балконом панельного девятиэтажного дома – парк с акациями. Во дворе – качели. Мы загуливались с Наташкой на улице до самого вечера. Тем более, темнело здесь как-то резко. Не так, как у нас.

Светло-светло – потом раз! – и темно. Но только аж в одиннадцать вечера.

Спали вместе на одной кровати в детской. Постоянно над чем-то смеялись, и, в самый разгар закатывания от смеха, Наташка делала каменное лицо и серьёзно провозглашала:

– Не смешно! – и мы закатывались ещё сильнее.

Выезжали на дяди Ваниной машине в лес, проезжали мимо белой церкви, по берегам живописной речки Рось собирали чабрец, который потом ножницами резали в чай.