Имитация науки. Полемические заметки

Он что, не спал, не питался, не утолял жажду и не справлял естественные надобности?) Возникает закономерный вопрос: кто готовил пищу для аскета? (Пусть скромную, но достаточную для того, чтобы человек за столь длительный срок не умер и не потерял здоровье.) Понятно, что сам он не имел для этого ни времени, ни возможности – у него было занятие куда более важное. Следовательно, для Серафима Саровского трудились другие люди. Одни выращивали хлеб, другие пасли скот, третьи проливали пот на монастырской кухне. Их деятельность, конечно, – занятие ничтожное, суетное.

А вот стояние на камне – это великий подвиг. И сколько людей должно суетиться, чтобы один мог заниматься настоящим делом?

Вопрос тут, конечно, не в арифметическом соотношении «истинных тружеников» и «суетящихся», а в том, что практическая деятельность все-таки первична. Духовный труд возможен лишь на материальной базе, которую создает практика.

Впрочем, мы несколько отвлеклись от основного сюжета. Наша задача состояла в том, чтобы показать, что истинная позиция С.

Л. Франка – это отказ от деяния. Она заявлена со всей определенностью, дальнейшие разъяснения, призванные раскрыть ее более глубокий смысл, сути дела не меняют. В своих комментариях русский религиозный философ понижает аксиологический статус практической деятельности до такой степени, настолько развенчивает ее, что подрывает всякие стимулы ею заниматься. Таким образом, прямой и ясный эскапизм при дальнейших разъяснениях и комментариях подменяется эскапизмом завуалированным и витиевато выраженным.

Следовательно, фактически статья С. Л. Франка «Смысл жизни» есть не что иное, как развернутый и аргументированный манифест эскапизма. И это обстоятельство обусловливает необходимость обращения к ней в наши дни, когда мир втягивается в полосу новых потрясений, ход и исход которых невозможно прогнозировать. И вновь, как и век тому назад, мыслящий человек встает перед экзистенциальным выбором: принять активное участие в реализации назревших преобразований или попытаться отсидеться в какой-нибудь тихой гавани? Для человека, профессионально занимающегося наукой, этот вопрос приобретает специфический смысл: закрыть глаза на деятельность прилипал, изображающих из себя ученых, или с поднятым забралом выступить против них во всеоружии критики?

Какие доводы могут быть приведены в пользу выбора эскапизма? Можно указать, по меньшей мере, на три таких аргумента.

Аргумент первый: замысел и результат практического действия никогда не совпадают.