Искушение

– Ты, показываешь это мне, человеку, который всю свою жизнь дружит с баскетболистами? Знаешь, этим трюком ты мог бы удивить других дам, но точно не девушек в этом лагере, – хихикая, я села на землю и растянула свои ноги, глядя на тёмное небо и наблюдая за россыпью белоснежных белых точек на темном покрывале ночи.

Логан сел рядом со мной и положил мяч между ног, проводя пальцами по намеченным четким линиям и наблюдая за мной, что увидела боковым зрением.

– Почему ты не улетел с родителями в Нью-Йорк, а остался здесь?

Я перевела взгляд на его лицо и могла бы сказать, что он не хотел отвечать на этот вопрос, но немного подумав, парень выдал:

– Я не мог расстаться с парнями.

Они – моя семья. Мама долго уговаривала меня поступить в Корнелльский университет, убеждая, что я смогу познакомиться с новыми друзьями и войти в основной состав баскетбольной команды, но я не хотел достигать всего этого такими путями. Со своими спортивными навыками, папиными связями и деньгами, конечно же, я бы с лёгкостью мог сделать все, как по щелчку пальцев, но я решил остаться и попытаться достичь всего своими приложенными усилиями. У мамы с папой, естественно, спустя долгих и мучительных для меня разговоров, не осталось иного выхода, как принять мое решение и поддержать, потому что я был непреклонным в своем решении.

– Вот как, – я подтянула к себе колени и сложила на них подбородок, вглядываясь в печальные глаза парня.

– Почему ты ненавидишь меня? – неожиданно для меня спросил парень.

– Потому что меня раздражают парни с такой беспорядочной половой жизнью, не пропускающие ни одной женской юбки, – не задумываясь, бросила я, как тяжкое обвинение.

– Если хочешь, я покажу тебе прелести такой жизни. Тебе понравится, – он улыбнулся, а мои брови насупились.

Я встала с места, чтобы уйти от него в свою комнату и снова начать проклинать этого дебила, но он меня остановил.

– Стой, я пошутил! – он дернул меня за кисть руки, отчего я пошатнулась и чуть не грохнулась прямо на него.

Порой за такие шутки – вмазать ему по лицу, казалось мне наилучшей идеей. Такие картины пролетали в моей голове постоянно.

– Отпразднуем день, когда ты научишься смешно шутить. Я даже куплю торт и попрошу написать кондитера «Поздравляю! Логан Джонсон научился шутить!».

– Какая же ты саркастичная язва, – он встал, возвышаясь надо мной, и взял в руки мяч.

– А ты придурок, – я высунула язык и показала ему.