Андрей Белый. Между мифом и судьбой

Три райские птицы Искусства известны были русской древности, три мудрые райские птицы: Гамаюн – птица вещая, Сирин – птица радости, и птица печали – райская птица Алконост[521 - Алконост [Сборник памяти В. Ф. Коммиссаржевской]. СПб.: Передвижной театр П. П. Гайдебурова и Н. Ф. Скарской, 1911. Кн. 1 (Предисловие от издателей). См. также в статье П. П. Гайдебурова «Испытание лаврами»: «Иногда в этой уютной квартире, овеянной милым приветливым теплом провинции, можно было застать всех трех сестер вместе, и тогда казалось, что три вещие птицы – Гамаюн, Сирин и Алконост, птица Печали, слетались на мгновение, чтобы поведать друг другу какие-то свои тайны и разлететься вновь надолго и далеко друг от друга» (Там же.

Птицу печали Алконост авторы предисловия посчитали наиболее выразительным символом светлой скорби, вызванной кончиной великой актрисы:

Под сенью этого имени, древнего имени очарования печали, собираем мы повествования об Искусстве, и эту первую собранную нами книгу благоговейно посвящаем <…> восходившей на высоту, слышавшей там райские песни Алконоста, и великим их очарованием преображавшей зло, – Вере Федоровне Коммиссаржевской[522 - Там же (Предисловие от издателей).

В соответствии с выраженным в предисловии пониманием природы райских птиц сборник памяти Коммиссаржевской был назван по имени птицы печали – «Алконост». И столь же естественно, что на обложке Алконост был изображен – в виде птицы-девы с горделивым, широким размахом крыльев и с печально склоненной головой…

Все три птицы-девы фигурируют и в замечательном сонете Веры Меркурьевой «Аспект мифический», посвященном размышлению о сущности Божественного и природе веры.

Кто нам солгал, что кроток он и мирен,

Что благосклонен к розам на земле? —

Горящий угль в кадильницах кумирен,

Слепящий огнь на жертвенном столе,

Он у себя, в прозрачности – эфирен,

У нас он – лавы слиток, ток в золе.

Его вела не сладостная Сирин,

В затона отраженная стекле,

Не Алконост, рыдающая с нами,

Не Гамаюн, вещающая мне —

Но песнь его смолою мирры крепла,

Но путь его над бездной шел веками,

Но Феникс, умирающий в огне,

Его учил – как воскресать из пепла[523 - Меркурьева В. А. Тщета: Собрание стихотворений / Сост., подгот. текста, прим. В. А. Резвого. М.