Призрачная волчица

Длинные волосы, которые она заплела в бесчисленные тонкие косички, сверкали на солнце, будто покрытые лаком.

– Давно не виделись, – сдавленным голосом заметил Ноэль.

– Да уж, – подхватил Тайсон. – Где ты пропадала?

Катокве поджала красивые губы и села на песок рядом с павианом. На ней была её школьная форма: белая футболка и запачканные бежевые брюки.

– Четыре недели в своей комнате. Арест, – ответил вместо неё тихий шипящий голос. Ярко-зелёная гадюка Корацон уютно устроилась в чёрных косичках Катокве и напоминала драгоценное украшение.

 – Покидать домик на дереве Катокве разрешалось только для занятий.

– Ого! – Тайсон был впечатлён. – И за что тебя так наказали?

Катокве уныло закатила глаза:

– Я немного повздорила с Лейфом.

Корацон рассмеялась:

– Немного? Ты едва не откусила ему ухо!

– Уверен, что он это заслужил, – заметил Тайсон.

Одноклассник Катокве так же не нравился Тайсону, как и Ноэлю, Тайо и остальным ученикам школы. Этот шпион был лицемерным и лживым. Он подлизывался к учителям и то и дело обманывал одноклассников.

Ноэль случайно выяснил, что Лейф узнал о девушке то, что она держала в секрете даже от своих друзей. Своими неприятными намёками на её происхождение и нечистую кровь он неоднократно доводил Катокве до исступления. Однако физическое насилие было в Интернате абсолютным табу, и Катокве не в первый раз сурово наказывали за нападение на Лейфа.

– Почему этот парень с такой лёгкостью выводит тебя из себя? Почему ты это позволяешь? – спросил Ноэль.

Он был убеждён, что Лейф доводит Катокве с единственной целью: чтобы однажды её всё-таки выгнали из школы. – Неужели не видишь, что за это всегда расплачиваешься ты?

– Вот и я так говорю, – прошипела Корацон. – Но она меня не слушает.

Полные губы Катокве побледнели и стали совсем узкими, потому что она сжала их ещё крепче. Она ненавидела, когда её отчитывают.

– Они правы, Кат, – глядя на море, сказал Тайо. – Лейф тебя провоцирует, а ты поддаёшься вместо того, чтобы не обращать на него внимания.

Катокве резко вскочила на ноги.

– А теперь-то что? – Тайсон с удивлением посмотрел на неё. – Тебя это задело?

– Я ухожу, – прошипела Катокве. – У меня нет желания выслушивать ваши нравоучения.

– Успокойся, Кат. – Павиан широко улыбнулся, обнажив зубы. – Я рад, что ты хорошенько отмутузила этого типа. Кто-то ведь должен был это сделать.

– Тайсон! – с упрёком произнесла Корацон. – Только не надо её в этом поддерживать.