Разговоры по душам

Просто откройся – и свет обязательно найдется! Попадет прямо в твою душу!

Не пугайся, зажги огонь в себе, распали костер и, кружась в ритуальном танце, хохоча смехом первой из женщин, сожги на нем всё то, что давно должно быть испепелено и развеяно по ветру.

Включи одинокую лампочку на своей внутренней кухне, взгляни смело на ободранные обои, закопченные стены, разбегающихся тараканов – и ужаснись! Да, я знаю, это так невозможно больно, что хочется ослепнуть, лишь бы не видеть, но доверься мне, смотри в себя и не убегай – позволь душе содрогну?ться.

Ведь именно сюда ты приходишь каждый день расхлебывать ту отравленную тюремную баланду, в которую превратилась амброзия твоей жизни и запивать ее пустым чаем разрушенных надежд.

Возьмись за голову, дай себе силы оплакать смерть прошлого, зарыдай, закричи от отчаяния, не смея вновь поднять глаза на окружающую тебя грязь и нищету, – это нужный… необходимый этап.

Когда пройдет первый страх и ты разрешишь себе взглянуть на всё трезво и прямо (а иначе посмотреть на свету, где нет спасительных полутеней по углам, и невозможно), я обещаю – случится невероятное.

Чудо, после которого твоя жизнь больше никогда не будет прежней. То, чего ты в глубине души своей хочешь больше всего на свете. Всё вдруг обретет ясность – так происходит всегда, когда включается свет. Ты наконец-то почувствуешь в себе силы, решимость и естественное желание убрать из своего внутреннего дворца всё ненужное, налипшее за годы без уборок и свежих ветров перемен, – всё то, что мешает тебе дышать.

Ты засучишь рукава, сама или с надежными помощниками, которые обязательно тут же найдутся, – и отскребешь все стены и углы, пол и потолок, выбросишь вон все покосившиеся шкафчики со скелетами прошлых встреч, с заплесневевшими иллюзиями, давно зачерствевшими чужими пряниками обещаниями и прочим вонючим хламом, отравляющим твою жизнь, вытравишь всех тараканов, уберешь всю паутину, отмоешь наконец фамильные серебряные приборы – родовые ценности и хрупкий изящный хрусталь твоей мечты.

Тогда в твоей чистой, свежевымытой душе останется только свет. Твой свет, твой цвет, твое свечение, на которое начнут притягиваться, слетаться, как мерцающие мотыльки на свет лампы, твои люди – те, с кем ты больше никогда не погаснешь.