Мой ненастоящий

И даже то, что я смогла устроиться в хорошее место, добиться повышения, мне не помогает. Сивый всегда узнает о таких вещах. Три месяца назад мой “оброк” увеличился вдвое, потому что Сивый навел справочки о том, сколько я получаю на новом месте.

Иногда даже кажется, что жизнь кончена. А потом на моем столе пищит селектор. Вот как сейчас…

– Где мой кофе, Маргаритка? – раздраженный голос босса приводит в чувство. – И платье для Ланы уже доставили?

Ах, да, вот оно – то, что неизменно возвращает меня к жизни.

Владислав Ветров. Мой босс и та еще заноза в заднице. И зачем я выпросила у него это повышение до его личного ассистента? Да, помню – все из-за денег.

– Да, вот буквально только что у нас был курьер, Владислав Каримович, – я встряхиваюсь, напоминая себе о том, что нет, я жива, у меня есть руки и ноги, я могу работать. А там, глядишь, и полмиллиона найду. Соберу. Когда-нибудь…

Полмиллиона. У меня даже квартира не своя! Была б своя – я бы продала уже, пожалуй.

– Давай сюда, живее, – босс требует немедленно предстать пред его очи.

Я поднимаюсь на ноги, заставляя себя сбросить оцепенение, что охватывает меня всегда, когда я слышу голос Сивого.

Дохожу до двери, но войти не успеваю. Быстрым шагом, под яростный стук каблуков, в приемную моего босса влетает роскошная длинноногая блондинка. Из тех, с кем можно даже не пытаться соперничать. Да, я её знаю…

– С дороги.

Лана Михальчук втоптала бы меня в паркет, если бы я вовремя не отскочила в сторону. Препятствовать ей – опасно и для психического здоровья, и для карьеры.

С девушкой босса, как известно, не спорят. А уж с той, кто вот-вот станет его невестой – тем более. Да-да, невестой. Я месяц была перегружена еще и из-за организации вечеринки в честь их помолвки. И вот сегодня она наконец должна состояться. Так что… Да, ей можно без записи. Если она не вовремя – он сам её на место поставит…

– Лана? – я успеваю услышать голос Владислава Каримовича до того, как закрывается дверь. – Ты рано.

– Я была в ресторане, – с порога взвизгивает его звезда, и в её голосе слышатся слезы, – Влади, что за ерунда с цветами? Я же говорила, что терпеть не могу эти идиотские тюльпаны.

Я не какая-нибудь дешевка Я просила тебя – пусть оформят зал гортензиями! А там чертовы тюльпаны в каждой вазе…

Дверь захлопывается, но я услышала более чем достаточно, чтобы замереть истуканчиком и облиться холодным потом.

Цветы заказывала я. И готова поклясться – я все сделала как надо.