Капитан госбезопасности. Ленинград-39

Им же интересно подобраться к Советскому Союзу, в двух шагах – в двух шагах, так твою! – Викентьич в сердцах хлопнул себя по ляжке, – от нас встать! От Ленинграда! От важнейшего города! Нельзя допустить! Особенно англичане усердствуют. Ох, не люблю их. Интервенты. В Гражданскую…

Разговаривающих заглушил паровозный гудок.

– Закурить не будет?

Куртка «москвичка», к ней прицеплен осоавиахимовский значок, кепка с резиновым козырьком, а под ней борода. Павел молча вытащил из кармана пачку «Стрелы» и протянул мужику.

Закурив дареную папиросу, мужик бросил на бочку между своей и Пашиной кружками мешочек, похожий на кисет, развязал веревочку, стягивавшую горловину, расширил отверстие, чтобы удобней было доставать сухари. Крупные, ржаные, с белыми вкраплениями соли.

– На вот! От нашего столика вашему.

– А чего, сухаревичи – это дело, – Павел потянулся к угощению. Мешочек лежал на обрывке афиши с прилипшей к ней чешуей (кто-то до них тоже закусывал с этой бочки, судя по всему – воблой), лежал на синих буквах «Ло» и на еще менее понятных обрывках слов.

Но Паша мог воспроизвести текст дословно, не только потому, что афиша с неделю висела на тумбе, которая стоит на трамвайной остановке и двести раз была им прочитана. А еще и потому, что афиша звала на матч ленинградского «Локомотива» с московским ЦДКА и Паша на него ходил. Наши, кривоногие, чтоб им пусто было, проиграли ноль-два.

«Сухаревичи» пришлись кстати. В отличие от «Голубого Дуная» здесь продавали только пиво, не было ни водки, ни бутербродов с килькой или с яйцом, даже бутербродов с крабами и тех не было.

– А хорошо тут. – Бородатый, неторопливо, как танк башню, поворачивая голову, обвел взглядом окрестности: насыпь, железнодорожный мост, по которому проползал как раз пригородный «паровик», взбегающий по холму парк Лесотехнической академии, чья желто-красная листва срывалась в последний полет при каждом дуновении ноябрьского ветра, недавно отстроенные дома по ту сторону Лесного, бренчащий трамвай с неизменной пацанвой на «колбасе»[15 - «Колбаса» – сцепка позади трамвая, на которой ездили безбилетники.

].

– Сам-то редко тут бываю, – признался хозяин сухариков, проведя ладонью по не длинной, но густой, черной бороде. – Вот сегодня приехал в гости к одной, а ее дома нет. Дай-ка, думаю, с горя пивка дерну.

– А-а… Все они такие, я тебе скажу, – и Паша зло сплюнул на землю, покрытую жухлой травой.

По улице процокали копыта конного патруля, просигналил выезжающий из-под моста грузовик.