Ни за что!

В конце концов, на то и существует понятие «дом», что тут можно позволять себе ту маску, за которой тебе наиболее комфортно. Ну, или хотя бы ту, в которой тебе комфортно больше, чем во всех остальных, что ты примерял за день. Некоторые вещи домой лучше все-таки не носить.

– Извини, что заставили тебя ждать, дорогая, – спокойно произносит Алекс, занимая свое место во главе стола, – добрый вечер.

– Добрый вечер, дорогой, – Кристина приветливо изгибает губы. Блестящая пианистка, недурная актриса. Каждый семейный ужин для неё все равно что сольное выступление на очень частном и дорогом концерте.

И выступление удачное, нужно сказать. Она делает все, чтобы глядя на нее Алекс не сожалел о сделанном когда-то выборе. Пусть их отношения и были больше сделкой.

– Выглядишь потрясающе! – Эд целует матери руку, есть у них такое правило, и Кристина никогда им не пренебрегает.

– Спасибо, милый, – тон у Кристины теплеет. Из двух Козырей она все-таки предпочитает сына. Даже больше – в свое время именно она катастрофически Эда избаловала.

Если бы к этой его избалованности не прилагалось умение доставать желаемое любой ценой – это было бы фатально.

Они неторопливо приступают к ужину. Только по натянутой улыбке Крис выясняется, что она чего-то от Алекса ждет.

Интересно. Что у нас сегодня? Новое платье? Впрочем, Крис никогда не повторяется в нарядах, вряд ли!

– Губы выглядят лучше, – суховато произносит Алекс. Видит, как удовлетворенно дергается уголок рта у Кристины, ставит себе внутренний зачет – верно увидел.

Ну и хорошо. По крайней мере, скорбная Кристина – та еще испытание. Кристина, которая снова посещала пластического хирурга и не получила должной оценки его усилий – это истинная драма. Шекспир таких не ведал.

Конечно же, назвать это семейным ужином сложно. Алекс говорит с Эдом, Эд говорит с Кристиной. Между собой они только взглядами и обмениваются. Изредка.

Да о чем тут разговаривать?

Они тысячу лет назад сошлись на том, что будут играть роль привыкших друг другу супругов.

Даже если он – будет два раза в неделю посещать самые злачные притоны, а она – заведет себе двенадцатого молодого любовника. Ну, конечно же, он вел счет. Кристина, кстати, тоже вела!

– Скажи мне, что на твоей голове, сынок?

На морде наследничка расплывается удовлетворенная улыбка. Недаром столько времени не стригся, отрастил лохмы, что в какой-то момент их можно было собрать на затылке хвостик. И вот теперь ясно, для чего он так берег свою шевелюру.