(Не)реальный

– Можно подумать, мне обязательно куда-то спешить, – усмехнулся он, – я тебе обещал, дорогая, что отделаю тебя так, что ты обкончаешься?

Упс…

– Решил сдержать слово? – ухмыльнулась Аленка, чуть выгибаясь и выпячивая задницу, так, чтобы Максу обострить ощущения.

– Как будто я собирался от этого как-то уклониться, – ладонь Макса, его губы скользили по телу Аленки, по чувствительной кожи груди, по голым плечам, по шее легко, ласково, нежно, заставляя Аленку напрячься, снова пробуждая в ней голодное тепло.

Телу Аленки не нужно было долго объяснять, что от него хотят, оно довольно быстро отходило после оргазма. И пяти минут не прошло, как голова снова начала слегка кружиться.

– Хорошо же, – Аленка улыбнулась, а затем самым свинским образом отодвинулась от Макса, оставаясь собственно без члена внутри себя. Это было сложно, это было практически болезненно, но все-таки.

– Сейчас позу выберу я, не возражаешь? – улыбнулась Аленка, поворачиваясь к Максу и глядя на него сквозь слегка прищуренные ресницы.

– Дерзай, – показалось ли Аленке, или в сумраке, сгустившемся в её номере, глаза Макса заинтересованно блеснули?

Вообще, показать мужику свою любимую позу в сексе было равносильно тому, чтобы вскрыть перед ним если не все свои карты, то, по крайней мере, часть. Умный мужик бы сразу сделал выводы, не только об уровне твоей активности в постели, но и о ряде черт характера. Это вроде как был вполне отчетливый намек.

Правда, как это часто оказывалось, намеки понимали не все. И даже не «не все мужики», никакого сексизма. Намеки, в принципе, плохо понимало большинство людей. Так что, что уж там Макс поймет – его дело. Аленка же отважно его бедра седлала «задом наперед».

«Перевернутая наездница» была отличной позицией. Во многих смыслах. Аленка кайфовала от того как легко могла контролировать проникновения в свое тело, подстраиваясь так, чтобы член задевал самые чувствительные точки, чтобы конвульсии удовольствия, растекавшиеся по телу, были совершенно беспощадны.

Чтобы слабость от всякого движения бедрами была более сильной. Чувствовать себя слабой от удовольствия – что могло быть лучше?

– Ты хороша с любой стороны, да? – с ощутимой улыбкой в голосе поинтересовался Макс, пока Аленка, осторожно приподняв бедра, направляла член в положенное для него место.

У позы была удобная сторона и для мужчины.