Как оправдать по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

Признание обвиняемым свой вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по делу доказательств.

Приговор суда по ч. 4 ст. 159 УК отменен с прекращением производства по уголовному делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

Ш., К. и З. признаны виновными и осуждены за мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения в особо крупном размере.

В соответствии с принципом презумпции невиновности, предусмотренным ст. 49 Конституции РФ, неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся формы вины, признаков объективной стороны, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и так далее.

Согласно ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В соответствии со статьей 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно положениям статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.

Между тем содержащиеся в приговоре выводы суда о виновности Ш., З. и К. в мошенничестве не основаны на достаточной совокупности изобличающих доказательств, фактически носят характер предположений.

Согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Признавая Ш. и З. виновными в приобретении права на имущество ООО «К.», суд указал, что З., движимый страстью к наживе и незаконному обогащению, подыскал предприятие ООО «К.», где генеральным директором являлась пожилой человек Т.