Свои чужие

– Поль, обед заказать?

Нормальная фраза, да?

А если представить, что её вам говорит не кто иной, а некогда до безумия любимый, и позже – бросивший вас мудак, ради которого вы были готовы на очень многие жертвы? А если добавить к этому хриплый, приглушенный тон и факт того, что сказано это вам был прямо на ухо? Так что чертовы мурашки по спине так и побежали….

В общем…

У вас все еще есть вопросы к тому, за что Варламов получил локтем по носу? Вот! Я думаю, все вы понимаете и рады за меня. А вот у Димы вопросы все еще имеются.

– За что, блин? – трагично интересуется он, нашаривая в ящике стола упаковку бумажных платков и запрокидывая голову.

– Тебе краткий список или длинный, Димочка? – ехидно уточняю я, пытаясь не сильно злорадствовать. – Ты совсем обурел, Варламов? Мог по нормальному спросить?

– Два раза спрашивал. – Хмуро огрызается Дима, косясь на меня мрачным глазом. – Ты же как всегда в творческой коме, ничего не слышишь.

Ох. Ну да, вообще водится за мной такое…

– А.

 – Я изображаю на лице виноватую улыбку. – Ну, тогда извини, Дмитрий Денисович. Но пугать меня так не стоило. Я уже говорила – на твое присутствие в моем личном пространстве я не подписывалась.

Раз пять говорила, между прочим. А он все равно так и норовит бочком подкрасться к рабочему креслу, а то и вовсе прижать свою пятую точку к его подлокотнику и все-таки смотреть на мою работу через плечо. Нет, он замечаний не делает, но… Но выбивает из колеи знаете ли. Вот представьте, что на подлокотнике вашего рабочего кресла, уселся мужик, которого вы вообще-то терпеть не можете.

Он касается бедром вашего локтя. И пылает все плечо рядом с которым он сидит. Вам до работы? Вот и мне нет. Особенно, когда я понимаю, что вообще-то принюхиваюсь к горьковатому запаху его туалетной воды, и понимаю, что это вообще-то мой любимый мужской аромат из последнего выпуска “DG”.

Вот какого черта, а? Он что, не мог выбрать какую-нибудь мускусную вонючку? И… И почему Костя этой водой не пользуется? На Новый год же дарила! Глядишь пользовался бы и кровать бы плесенью зарастала поменьше…

Ну, с Варламовым же срабатывает, я реально начинаю думать о сексе, приходится выгонять Диму из личного пространства и надеяться, что не спалилась.

– Скажешь тоже, пугать. Можно подумать, я прям такой страшный. – Вздыхает Варламов.

Вопрос я оставляю без ответа. Честность Варламов не заслужил, а врать мне не хочется. Не страшный. Но безумно раздражающий.